English Deutsch
Новости
Мир антропологии

Проблема происхождения первобытного искусства и психофизиология (тезисы)

1. Советская, постсоветская и отчасти зарубежная археология и этнография в изучении первобытной культуры обычно уделяют больше внимания социальным факторам. Не отрицая роли этих факторов, в происхождении и эволюции искусства, в данной работе предпринята попытка акцентировать внимание на психофизиологической природе этого уникального феномена.

2. Исследование данной проблемы тормозилось тем, что вместо вопроса "как возникло искусство?" ставился вопрос "что ему предшествовало?" Поскольку ничего подобного в памятниках предшествующих эпох не находилось, возникла метафора "дитя без матери". Предлагаемая гипотеза ставит вопрос "как возникло искусство?". 

"…Для объяснения общественных событий и перемен в древности
необходимо, помимо изучения проблем истории материальной
культуры и истории социальных структур и механизмов,
привлекать и историческую социальную психологию"

(Дьяконов, 1988: 40).

 

3. Исходные допущения.  

3.1. Искусство или изобразительная деятельность? Пользуясь применительно к первобытности и древности понятием "искусство", мы вольно или невольно создаем некоторую иллюзию равенства между ним и искусством последующих эпох, вплоть до современности. Сейчас искусство является особой областью культуры, границы которой вполне осознаются его создателями и "потребителями". Чем глубже в древность, тем эти  представления были более размытыми. В сознании кроманьонца искусство еще не могло выделиться в какую-то особую область деятельности. Способностью к созданию изображений, как и сейчас, обладали редкие люди. Им приписывались некие сверхъестественные свойства, подобно позднейшим шаманам. Видимо, это ставило их в особые условия среди сородичей. О достоверных подробностях этих условий можно только догадываться.

3.2. Изобразительная деятельность, речь (и шире – язык, как знаковая система[1]), мифология и все формы ритуального, демонстративного и символического поведения являются частями информационного поля культуры, поскольку все они относятся к сфере информации (примерно то же, что и семиосфера по Ю. М. Лотману).  

3.3. Homo sapiens sapiens эпохи верхнего палеолита обладал таким же нейрофизиологическим "устройством", как и современный человек. Такое допущение общепринято в работах, по древней духовной культуре (от Ф. Боаса до Вяч. Вс. Иванова). Например: "…младенец, рожденный сейчас, генетически очень мало отличается от рожденного в начале нашей биологической истории" (Черниговская, 2006: 64). Люди, которые 150-200 лет назад жили в условиях, близких к каменному веку, без каких-то непреодолимых проблем, адаптируются к европейской культуре, образованию и образу жизни.  

Если эти допущения верны, то все символические действия кроманьонца складывались на основе тех же функций центральной нервной системы (ЦНС), которые действуют и сейчас. Это позволяет учитывать в поведении древнего человека современные психофизиологические "механизмы". Конечно, за 40 тысячелетий не могло не накопиться различий. Но они, в основном, касаются содержания потоков информации, а функции базовых структур головного мозга вряд ли существенно менялись.

Эти структуры, по-видимому, представляют собой какие-то порождающие устройства, т. е. врожденные генетические программы, изначально настроенные на некое подобие "распаковки" определенных "подпрограмм", которые включаются, по мере возрастных изменений у ребенка и способствуют достаточно быстрому усвоению внегенетических навыков, начиная с умения ходить и кончая овладением родным и иными языками. В случае языка они активно действуют до 10 – 12 лет, после чего постепенно ослабевают. Н. Хомский называет это "порождающей" или "глубинной грамматикой", которую он смог описать средствами математической логики (Хомский, 1962; Chomsky, 1975; Hauser et al., 2002). Возможно, в подсознательных структурах анализа мира существует несколько таких "глубинных грамматик" не только языка. 

Г.Хьюз называет такие центры "языковой и трудовой грамматикой" (Hewes, 1973). Не исключено, что одна из таких пока еще не обнаруженных "глубинных грамматик" побуждает к изобразительной деятельности. В отличие от трудовых и языковых "грамматик", присутствующих в геноме всех людей, изобразительная "грамматика", по-видимому, действует только у тех, у кого доминирует образное полушарие (правое у правшей). Можно предполагать, что аналитические и "порождающие" функции этих "глубинных грамматик" могут описываться не только в жестких алгоритмах матлогики, но и вероятностным аппаратом, без которого будет трудно описать действие интуитивных мысленных процессов. Например, в своих работах  по метрике стиха А. Н. Колмогоров пользовался аппаратом теории вероятностей.

 

4. Искусство и труд. Популярная в советской литературе формула "человека создал труд" коснулась и происхождения ис­кусства. До середины 80-х гг. она превалировала в трудах по первобытной культуре и не оспаривалась. Отдельные высказывания, опубликованные после отмены цензуры, не выходили за пределы профессионального сообщества. В итоге – сегодня на вопрос о происхождении человека почти каждый школьник или студент уверенно отвечает "человека создал труд".

Конечно, труд сыграл свою роль в эволюции вида Homo,  способствуя развитию навыков предметно-манипулятивных действий рук, ускорению этого процесса и укреплению сетевых нейронных связей между ру­ками и соответствующими перцептивными, управляющими и контролирующими отделами мозга. Но этот фактор был не единственным, а действовал во взаимосвязи с другими не ме­нее важными видами поведения, например, с членораздельной речью и способностью к созданию изображений. Теперь уже высказывается критика ведущей роли труда в возникновении речи (Зорина, Смирнова, 2006). Два вида труда: инстинктивный и сознательный. Муравьи, пчелы, птицы и млекопитающие трудятся миллионы лет, но ни людьми, ни другими сознатель­ными существами не становятся. Инстинктивный труд с использованием предметов широко практикуется и в мире животных. Переход от инстинктивного труда к сознательному очень трудно уловить. Н. Н. Ладыгина-Котс (1959) и затем К. Э. Фабри (1976) и другие авторы показывают, что принимаемая часто за примитивный труд орудийная деятельность шимпанзе, не говоря уже и о других животных и птицах, на самом деле таковой не является, поскольку за предметом, используемым как орудие, его рабочая функция не закрепляется.

Австралопитеки и ранние Homo более двух миллионов лет "трудились", оббивая гальки, и пользовались грубо обрабо­танными камнями для дробления черепов и трубчатых костей животных, оставшихся от трапезы хищников и для других целей. Никакого за­метного прогресса в технологии обработки камня за это время не наблюдается. Их действия с камнями были, если не целиком, то больше инстинктивными, чем сознательными.

 Качественный  сдвиг  в  эволюции ранних гоминид произошел не в трудо­вой, а в информационной сфере. Информационной в том смысле, что действия субъектов в дополнение к генетической информации стали управляться информацией приобретенной, которая превраща­лась в новый, внегенетический вид наследственности. Внебиологическая на­следственность начала превосходить наследственность природную и тем самым ускорила эволюцию рода Homo. Она позволила  каждому  новому поколению приобретать и закре­плять немного больше опыта, чем у предыдущего. Началось формирование главного условия общественного прогресса. Когда каждое поколение архан­тропов действует только по генетической, наследственной программе, никакого прогресса быть не может. 

5. Материал. Изучаются три вида памятников: 1) пещерная и наскальная живопись; 2) пещерная и наскальная графика, а также гравировки на мелких костяных, роговых, каменных и иных предметах; 3) пластика: статуэтки из разных материалов, барельефы и горельефы.

Вероятная символическая роль неутилитарных предметов, зарубок, царапин, бусин и т. п. не оспаривается. Когда они образуют некие упорядоченные и ритмически повторяющиеся структуры, то превращаются в орнамент или украшения. Но это не эволюционные предшественники фигуративных изображений, а самостоятельный, параллельно существующий вид искусства (абстрактного, прикладного, но не фигуративного).   

 6. Метод. Говорить о каком-то готовом новом методе исследования происхо­ждения изобразительной деятельности пока не приходится. Можно только наметить некоторые основные принципы подхода к его формированию.   

Формула "труд превратил обезьяну в человека" была уместна в XIX в. Сейчас известны конкретные виды гоминид – австралопитеки и ранние Homo, – далеко ушедшие в своей эволюции от абстрактной в представлениях времен Энгельса обезьяны. По-видимому, эволюция сознания начинается от Homo habilis. Осознанный труд, речь, изобразительная деятельность и другие формы поведения невозможны без сознания. Следовательно, подход к проблеме происхождения искусства должен базироваться на эволюции сознания. При этом возникают  трудности, связанные с недостаточной изученностью сознания и определенностью понятия "сознание". Один из ведущих нейрофизиологов мира к "Прологу" в своей книге не без иронии добавил подзаголовок "Настоящие ученые не изучают сознание" (Фрит, 2012: 17).

При всех трудностях, у предлагаемого подхода есть важное преимущество перед другими подходами к проблеме происхождения искусства. Он позволяет опереться на реальные следы начального этапа формирования сознания, т. е. материальные остатки, которые всегда в первую очередь интересуют антрополога и археолога, а их отсутствие  создавало ситуацию "дитя без матери". Эти следы сохранились в двух видах: 1) изменения объема и рельефа внутренней поверхности черепной коробки хабилиса и его посткраниального скелета; 2) следы новаций в технологии обработки камня и в обращении с сырьем и орудиями, которые свидетельствуют об активизации в этих действиях сознательной составляющей. Увеличился общий объем мозга, началось перераспределение объема его долей: за счет сокращения затылочной доли вырос объем лобных, теменных и височных долей. А. Р. Лурия называл лобные доли "органом цивилизации". Развитие и рост объема лобных долей свидетельствует не только об увеличении массы и роли неокортекса, но и, что особенно важно, – об изменении организации управления разными частями мозга. Центральная нервная система (ЦНС) стала более динамичной. "Результатом стал экспоненциальный рост вычислительной мощи мозга" (Голдберг, 2003: 267).

У хабилиса уменьшился размер зубов и толщина зубной эмали. Кисть руки стала более приспособленной к захвату и силовому удержанию предметов. Большой палец стопы уже не отведен в сторону, как у австралопитека, а примыкает к остальным пальцам. Хабилис стал более избирательным в выборе сырья, в котором начинают преобладать кварцитовые породы, принесенные иногда за десятки километров от места находки. Меняется и техника раскалывания галек. Галька колется так, чтобы сразу получить крупные отщепы с острыми краями. Он уже не бросает изготовленные орудия после употребления, а носит их с собой (Вишняцкий, 2008 и др). Это, несомненно, свидетельствует о первых проблесках сознания.  

За основу предлагаемого подхода берется анализ прямых и косвенных свидетельств сознательных действий наших эволюционных предшественников, отразившиеся в археологических материалах. По ним можно, хотя и косвенно (как и по большинству археологических материалов), но более или менее определенно судить о формирующихся элементах сознания, в том числе и о способности к созданию изображений.

 


[1]   Здесь язык понимается в более широком смысле, чем по Ф. де Соссюру. Такие понятия, как язык орнамента, музыки, танца и т. п. используются не в метафорическом, а в содержательном контексте.

 

1 2 »

10 июня - Ученые Против Мифов в Москве

Интересно

Первая модель атома, предложенная Томсоном Джозефом Джоном в 1903 году, была похожа на «пудинг с изюмом» и представляла собой положительно заряженную сферу с вкраплёнными в неё электронами…

Catalog gominid Antropogenez.RU