English Deutsch
Новости
Мир антропологии

Анатомия гопника

Человечество разнообразно. Среди прочих его дериватов встречается особый тип, присущий, судя по всему, всем временам и народам, называемый в научной среде «гопниками» (Homo sapiens vulgaris).

Таксономическое положение гопников остаётся предметом учёных споров. Есть основательные сомнения, является ли явление гопничества врождённым либо же приобретённым. Наблюдения над ископаемыми останками, как это мы покажем в последующем изложении, позволяют сделать обоснованное предположение о том, что гопниками были многие древние варианты людей. Более того, гопничество, судя по всему, возникало неоднократно и конвергентно в процессе эволюции. Например, гопниками были многие, если не все, неандертальцы (чего стоит только обнаружение копролитов в кострище на стоянке Эль-Салт); едва ли не первой гопничихой была небезызвестная «Фло» (травмы черепа которой вписываются в классический диагностирующий набор черт, которые будут разобраны ниже); эти примеры можно было бы продолжать и дальше.

Сразу оставим в стороне сложный вопрос о социальных сторонах гопничества, как то: питание, социальные взаимодействия, отношения доминирования и подчинения. Например, очень плохо изучен вопрос о размножении гопников. Мало кто наблюдал его в естественных условиях. Для решения всех этих проблем желательны длительные продольные исследования методом включённого наблюдения, подобно пребыванию Н.Н. Миклухо-Маклая среди папуасов. Однако этот метод в приложении к данной проблеме сопряжён со столь значительным риском, что доселе не нашлось столь самоотверженного исследователя, который бы пролил свет на все стороны жизни гопников. Возможно, усовершенствованные старые и появляющиеся новейшие методы удалённого наблюдения (кольцевание, изотопные метки, инфракрасное и спутниковое наблюдение) позволят в недалёком будущем произвести описание этологии гопника. Вероятно, в процессе оного выявятся неведомые доселе стороны их жизни. Пока же мы вынуждены довольствоваться общеизвестными фактами.

В настоящем исследовании будет дано предварительное описание анатомических и морфологических характеристик, позволяющих с неплохой степенью достоверности диагностировать гопника. Сразу стоит оговориться, что, как в любой методике, возможны погрешности, самые вероятные из которых будут оговорены особо. Упор будет сделан на скелетные элементы, как лучше изученные и позволяющие определить гопника как in vivo, так и in vitro.

Сверху стандартно укомплектованный гопник увенчан дистальным навершием, гомологичным голове позвоночных.

За ответами на вопрос о характерной внешней форме головы гопника можно было бы отослать к товарищу Чезаре Ломброзо, если бы его измышления по прошествии времени не оказались полной чушью. Но отсутствие внешне видимых черт не отменяет существования глубинных различий Homo sapiens vulgaris и Homo sapiens sapiens.

Так, судя по специфической речевой коммуникации, у гопника зона Вернике в верхне-задней части височной доли мозга работает на грани нерабочего состояния. Как известно, повреждение зоны Вернике – афазия Вернике – сопровождается неспособностью больного воспринимать и понимать человеческую речь. Кроме того, больные начинают говорить быстрее и свободнее обычного человека, однако речь наполняется словами-паразитами («вот», «так», «это», «практически», «как бы», «типа», «дык, ёлы-палы» и непечатными) в такой мере, что её становится трудно понять. Даже поверхностные наблюдения за речью гопников позволяют предположить нешуточную тенденцию к недоразвитию зоны Вернике. Неизвестно, имеет ли это явление отражение на морфологическом уровне. Вполне вероятно, что зона Вернике гопника жестоко подавляется (в буквальном смысле) давлением височной кости, происходящем из-за гиперфункции височной мышцы вследствие лузганья семок, что и приводит к вышеописанным и общеизвестным последствиям для речевой специфики.

Решение вопроса видится в двух вариантах. Во-первых, могла бы помочь массовая трепанация черепов с выявлением корреляций жевательного аппарата и рельефа мозга в области задней части верхней височной и надкраевой извилин. Во-вторых, возможно проведение эксперимента, желательно на парах близнецов, когда один из них выращивался бы в естественных условиях (то есть с семками), а другой – без них, с последующим сравнением результатов развития опять же жевательного аппарата и рельефа мозга. Если в речи близнеца, выращенного в бессемковой среде, по-прежнему будут преобладать междометия и ненормативные слова без определённого смысла, то гипотезу можно будет отвергнуть и искать иные объяснения. Однако стоит ожидать, что организации, подобные «Гринпис» и «МСОП», активно воспрепятствуют столь бесчеловечному эксперименту, так что пытливому исследователю остаётся смириться и оставить практическое решение сего интригующего вопроса трудам будущих поколений.

Для скелетной популяции гопников типичен повышенный процент возрастов juvenis и adultus I, то есть подросткового и раннего взрослого. В обычной ситуации у Homo sapiens sapiens это возраста минимальной смертности, так как детские болезни уже позади, иммунитет достигает своего пика, трудности жизни ещё не успели оставить своей печати на молодом цветущем организме, а гнетущие старческие процессы ещё не начались. Но не таковы гопники. Их возрастные кривые и пик смертности заметно смещены в пору юности, а хвост возрастов maturus и senilis исчезающе тонок.

На скелете гопников при статистическом подходе повышена частота маркёров неспецифического стресса.

Трудное детство, недостаточное питание, деревянные игрушки – всё это причины формирования таких красноречивых следов, как гипоплазия эмали зубов, линии Харриса, cribra orbitalia. Удобно, что все эти маркёры формируются в раннем детстве и сохраняются на всю жизнь. Задержки ростовых процессов из-за температурных, инфекционных, пищевых и психологических потрясений приводят к формированию зримо различимых борозд на эмали зубов (легко увидеть на резцах невооружённым глазом) – гипоплазии эмали, а также линий уплотнения в остеонной структуре в метафизарной части длинных трубчатых костей (видно лишь на рентгене) – линий Харриса. Если стресс приводит к анемии, она может сопровождаться формированием отверстий на надглазничной пластинке лобной кости, как будто наколотых иголкой – cribra orbitalia. Правда, подобные же нездоровые явления типичны для древних популяций, живших в тяжёлых условиях, особенно недавних мигрантов, что может запутать неискушённого исследователя. Как обычно, выход в комплексности исследования.

Типичный, классический и элементарно определяемый признак гопника на черепе – «синдром апельсиновой корки». Специфически способ ношения головного убора на затылочной части черепа в зимний период неизбежно приводит к переохлаждению лобной части. На живом индивидууме это сопровождается хроническим расширением кровеносных сосудов и, соответственно, – покраснением кожных покровов («рожа красная такая!»); на чешуе же лобной кости отражается в виде струйчатой шероховатости, внешне очень похожей на поверхность шкурки цитрусовых. Подобное явление, что характерно, можно наблюдать на черепах неандертальцев и, массово, на средневековом мужском русском населении. Лубочное изображение лихого стрельца-удальца с залихвацки заломленной набекрень шапкой наилучшим образом отражает это явление (интересующихся подробностями можно также отослать к книге Адама Олеария, а именно к тем её частям, где описано поведение, нравы и речь казаков XVII века, узнаваемые в деталях («...а если найду?»), удивительных с учётом, казалось бы, сотен прошедших лет: «В этот день 2 казака, смелые гocти, доставили от Алексея, встреченнoгo ими по дороге, письмо на имя послов. Они без стеснения говорили: они уже отваживались отнимать добычу у многих наций, и намерены попробовать то же и с немцами. Haшим орудиям они не придавали большого значения, говоря, что несчастие лишь для тoгo, в кoгo ядро попадёт, другие же остаются нeвpeдимыми. Они гoворили ещё: они слышали, что у нас на корабле есть и ящики со взрывчатыми веществами, при помощи которых можно взорвать людей; они, правда, не понимают, в чём тут дело, но их братья и этому не придают большого значения. Все они люди, заслужившие виселицу и колесование; если им удастся взять хорошую добычу, то они будут рады, если же они пострадают при этом, то нужно принять в соображение, что они все равно были бы осуждены на смерть»).

Одновременно, для средневекового женского населения «синдром апельсиновой корки» абсолютно нетипичен, так как традиционные женские головные уборы натягивались по самые брови и спасали лбы своих обладательниц от печати Деда Мороза.

Совершенно типичны для Homo sapiens vulgaris переломы носовых костей, выбитые зубы и вдавленные переломы скуловой дуги, чаще левой.

Долгих объяснений тут не требуется, признаки яркие, легко определимые и имеют очевидное происхождение. Опять же, в чём-то закономерно, что переломы скуловой дуги – крайне характерная черта средневековых мужчин, особенно в областях, где была распространена старая добрая традиция кулачных боёв в стиле «стенка на стенку».

Более масштабный комплекс – «комплекс положения на корточках». Характерная посадка для обычного человека чревата затеканием ног и значительным дискомфортом. Но некоторая тренировка, сравнительно непродолжительная, в рамках пары месяцев, приводит к необратимым изменениям формы суставных поверхностей в областях гиперфлексии (чрезмерного сгибания) всех задействуемых суставов: тазобедренного, коленного и голеностопного. Так, верхний край вертлужной впадины отгибается вверх, с головки бедренной кости на шейку образуется «затёк» суставной поверхности, суставная поверхность бедренных мыщелков заворачивается назад и вверх, суставная поверхность большеберцовых мыщелков заворачивается назад и вниз, на коленной чашечке возникает разделение суставных фасеток на верхнюю и нижнюю половину, на переднем крае нижнего эпифиза большой берцовой кости возникает «затёк» суставной поверхности с голеностопной поверхности, а с блока таранной кости – «затёк» на шейку. Одновременно перераспределяются кровеносные сосуды, так что ноги перестают затекать, а пациент может сидеть на кортанах неопределённо долгое время, не испытывая ни малейшего неудобства.

Справедливости ради надо отметить, что совершенно аналогичный «комплекс положения на корточках» отличает многие иные группы: всяческого рода дикарей, не знающих стульев, скифов, древних греков, а также археологов и примкнувших к ним антропологов, вынужденных месяцами сидеть во всё той же позе на раскопе. Именно поэтому неопытный исследователь не всегда с первого взгляда способен отличить археолога и антрополога от дикаря, скифа или гопника.

Большее старание приходится приложить, чтобы определить гопника по состоянию зубов. Тут может помочь анализ микрорельефа эмали и состав зубного камня. Типичная эмаль зуба гопника вследствие хронического курения имеет характерный желтоватый цвет. В зубном камне преобладают фитолиты сухого околоплодника Helianthus annuus, известного как подсолнечник. На эмали в электронный микроскоп можно видеть весьма характерные царапины и сколы, образовавшиеся вследствие лузганья семок. Также, на резцах формируется характерная бороздка с заглаженными краями. Стоит предупредить начинающего исследователя от возможных ошибок: такая же в точности бороздка известна как «бороздка ткача», поскольку может образовываться у людей этой профессии из-за постоянного продёргивания нити, зажатой зубами при шитье. Также, некоторые деятели науки и образования щеголяют аналогичной бороздкой, так как тоже не могут отказать себе порой в лузганье семечек.

Некоторые признаки Homo sapiens vulgaris имеют гипотетический статус, так как не подтверждены экспериментально, но чрезвычайно вероятны.

В частности, предсказуем периостит больших берцовых костей, возникающий вследствие переохлаждения голеней из-за ношения треников в любое время года. Весьма допустим повышенный процент плоскостопия из-за столь же хронического ношения кедов с мягкой подошвой. Несложно предугадать также деформации головок пястных и оснований проксимальных фаланг кисти из-за регулярного компрессионного на них воздействия (мордобоя). Все эти черты ещё ждут своего вдумчивого исследователя.

Любая наука должна иметь прогностическую ценность. Не составляет исключения и гопникология. Зная закономерности эволюционного процесса и обратив свой взор в грядущее, возможно предположить далёкое биологическое будущее гопников.

Потомственный гопник неблизких эпох, вероятно, будет иметь увеличенное подглазничное отверстие. Таковое позволит согревать лицо на холоде и отводить избыток внутренней энергии. Известно, что подглазничное отверстие именно по этой причине увеличено, например, у каланов.

Более чем вероятно, что вследствие постоянного сурового отбора кости свода станут утолщёнными, а скуловая дуга – массивной. Есть обоснованное мнение, что характерный образ жизни был главной причиной гипермассивности Homo erectus и Homo neanderthalensis, и нет оснований сомневаться в возможности повторения этого в будущем.

Нижняя челюсть гопника будущего может украситься глубокой подъязычной бороздой вдоль внутренней стороны тела. В ней найдётся достаточно места для гипертрофированной слюнной железы, что обеспечит более частое и обильное сплёвывание.

Пищевая специализация к питанию семками может привести к появлению многокамерного желудка, увеличению длины и диаметра толстой (особенно слепой) кишки.

Совершенно необходимо и неизбежно в условиях жёсткого естественного отбора формирование сбалансированной системы функционирования алкогольдигидрогеназы и ацетальдегиддегидрогеназы для обеспечения беспрепятственного и бесперебойного бухания.

Таким образом, будущее как самих Homo sapiens vulgaris, так и их исследований представляется более чем интересным и заманчивым.


Интересно

Летом 1977 г. в Институте экспериментальной патологии и терапии АМН СССР доктор медицинских наук Н.П. Гончаров и сотрудники его лаборатории были изумлены, когда после очередного взятия крови из вены огромный самец-павиан, видя, что лаборантка не торопится вытереть ему тампоном уколотое место, взял вату и сам вытер кровь.

Источник: Э.П.Фридман Э.П. Приматы. – М.: Наука, 1979 г.,  с. 161.

Catalog gominid Antropogenez.RU