English Deutsch
Новости
Эксперты отвечают

Для египтологии борьба с лженаукой – вопрос выживания

О том, что делают российские египтологи у подножия пирамид, о наследии древней цивилизации в современном Египте и проблеме разрушения памятников, о том, как целиком переносили скальные храмы Рамсеса II и о том, что полагалось в древности за кражу бронзового зубила, порталу АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ рассказал египтолог, к.и.н., ст. н. с. Института востоковедения РАН, спикер форума «Ученые против мифов - 4» Максим Лебедев.

Сколько российских экспедиций работает сейчас в Египте? Насколько велик вклад российских египтологов?

Первым российским египтологом, проведшим полевой сезон в Египте, стал Владимир Семенович Голенищев. В  1888–1889 годах он решил провести раскопки сразу в Верхнем Египте, Нижнем Египте и в Фаюмском оазисе. Увы, эти работы не получили своего продолжения.  Во время международной кампании ЮНЕСКО по спасению памятников Нубии на юге Египта работала Нубийская экспедиция Академии наук СССР. Раскопки и эпиграфические исследования проводились в течение двух сезонов с 1961 по 1963 годы. Однако и они не стали началом постоянной экспедиции в Египте. Вернуться в нильскую долину наши археологи смогли уже только после распада СССР.

В настоящий момент российские археологи работают в Гизе и мы очень надеемся, что в скором времени возобновятся работы в Фаюме, Мемфисе и Луксоре. Наши специалисты ведут регулярные раскопки в нильской долине со второй половины 90-х годов. Долго ли это? Если сравнивать опыт наших учёных с опытом французов, англичан, немцев, австрийцев, поляков, чехов, венгров и даже японцев, то становится ясно, что это совсем немного. Работы российских археологов в Египте вызывают интерес коллег, результаты раскопок востребованы. Однако нехватка специалистов и финансирования приводит к тому, что мы пока способны эффективно решать в Египте лишь локальные задачи.

Российская египтология внесла в мировую заметный вклад, однако известна она сегодня в мире в основном благодаря двум исследователям – Владимиру Семеновичу Голенищеву и Олегу Дмитриевичу Берлеву. В советские времена наша страна была изолирована от мирового научного сообщества, исследования отечественных египтологов, которые велись в основном в области изучения социально-экономических институтов, с трудом становились известны коллегам за рубежом. Сегодня ситуация изменилась: растёт число публикаций на иностранных языках, мы регулярно участвуем в международных конференциях и проектах. Хочется верить, что в Египте мы закрепились надёжно. Главное сегодня – это создавать собственные кадры: специализирующихся на памятниках в нильской долине керамистов, эпиграфистов, археологов, антропологов, археоботаников, палеозоологов и т.д. И здесь нам очень нужна помощь всех небезразличных к Древнему Египту людей. 

Стало ли сложнее работать после революции?

Сразу после революции работать стало сложнее. Хранилище в нашей главной гробнице у подножия пирамид было ограблено. Разграблено было и хранилище наших коллег в Мемфисе. В 2011-2013 годах пострадали многие памятники, хранения и музеи по всему Египту. В 2012 году нам не хотели разрешать копать в Гизе, предложив ограничиться исследованием эпиграфики, архитектуры и керамики. Нам, впрочем, всё же удалось тогда провести археологический сезон, причём очень успешный. В последующие годы ситуация улучшалась. Однако сегодня перед Египтом стоят новые вызовы, один из которых – это терроризм. Вот уже два года для археологов остаются закрытыми оазисы Западной пустыни, где власти не дают работать из соображений безопасности. Лишь недавно археологи смогли вернуться к полноценным раскопкам в Среднем Египте.   

Как местное население относится к истории своей страны (кроме стремления заработать на этом)? Ценит ли, знает ли?

Во времена Мубарака египетские чиновники сознательно старались знакомить население с древним прошлым своей страны. По всему Египту строились здания в «древнеегипетском» стиле, автобусные остановки и даже заборы украшались древнеегипетскими мотивами. Это имело двойной смысл. С одной стороны, власти пытались воспитать в населении уважение к памятникам древностей, чтобы создать надежную базу для развития туризма. Но главная задача была политической. Мубараку и его окружению было важно убедить население в том, что Египет – это не только арабская страна, это нечто большее. В школах учили: Египет имеет древнюю и самобытную историю.  Это помогало Мубараку вести самостоятельную политику в арабском мире. Просвещение принесло известные плоды. В неспокойные дни вскоре после революции 2011 года, когда по Египту прокатилась волна грабежей археологических памятников, многие египтяне, в том числе молодежь, вышли на защиту древностей. В самое тревожное время живое кольцо из простых горожан окружило здание Каирского музея. Точно так же на защиту древнеегипетских памятников встали жители Луксора и многих других городов. Они организовывали патрули, дежурили у храмов и гробниц.   

Я видел, что многие древние постройки в Египте сильно реконструированы, в некоторых случаях такое впечатление, что их собирали заново. Это действительно так? Нет ли риска, что при этом будет утрачена их "аутентичность"?

Это действительно так, многие памятники в Египте были реконструированы из отдельных деталей или реставрируются сейчас. Качество воссоздания изначального облика разное. Ранние примеры могут быть спорными, современные реставрационные проекты обычно имеют серьёзное научное обоснование и подтверждаются множеством аналогий.

Новый Большой Египетский музей планируют достроить к 2018 году. Зачем он нужен? Что изменится в представлении древностей, когда его откроют?

Проект Большого Египетского музея – это попытка создать в Каире современный исследовательский, музейный и культурный центр, который будет одним из крупнейших в мире. Здесь под одной крышей будут существовать выставочные пространства, лаборатории, учебные и лекционные залы, экспериментальные мастерские. В проекте приняли и принимают участие многие музеи и научные центры, сотни египетских и иностранных специалистов. Посмотрим, что из этого выйдет. Лаборатории комплекса уже начали свою работу. Именно туда, например, перевозятся сегодня деревянные части второй ладьи Хуфу, которую у пирамиды царя постепенно поднимают на поверхность японские специалисты.

Перевезут в него часть коллекций Каирского музея?

Да, всё верно. Часть коллекции Каирского музея, причем наиболее ценная, должна оказаться, в конечном счете, в новом здании.

Нынешнее население Египта является прямыми потомками древних египтян?

Зависит от того, кого мы будем называть прямыми потомками. Есть генетическое родство, а есть культурное, этническое. ДНК в останках древних египтян часто сохраняется довольно плохо. Основные причины – это жаркий климат долины и регулярные подтопления. Однако накопленной информации сегодня достаточно, чтобы утверждать, что в целом многие современные жители Нильской долины за пределами крупных городов генетически связаны с популяциями фараоновского Египта. В культурном же отношении влияние цивилизации Древнего Египта на современных жителей страны - как мусульман, так и на коптов - очень незначительно, хотя и проявляется во многих сферах жизни.

Что осталось в культуре современного Египта от древней цивилизации? Совсем ничего, или что-то всё-таки перешло к нынешнему Египту?

Опыт, накопленный древними египтянами за тысячи лет жизни в Нильской долине, не мог пропасть бесследно. Уже хотя бы потому, что даже к началу 20 века условия жизни и хозяйствования в Египте почти не отличались от эпохи птолемеевского и римского владычества. В египетский диалект арабского языка через коптский язык перешли отдельные древнеегипетские слова и устойчивые выражения. Хорошо зарекомендовавшие себя приёмы и практики древних египтян до сих пор используются в хозяйстве: наблюдая за работой в деревенской гончарной мастерской или в поле во время сбора урожая, может показаться, что перед вами ожили сцены из гробниц египетской знати времен Древнего царства. Иногда исследователи усматривают параллели с древностью в сохраняющихся в Нильской долине ритуалах и народных верованиях. Среди наиболее известных примеров -  праздник в честь местного луксорского святого Абу эль-Хагага. Праздник этот включает традиционное шествие с моделью лодки, что в целом напоминает древнеегипетские праздничные шествия с ладьями богов.

Как осуществлялся перенос храмов при строительстве асуанской ГЭС?

Как известно, скальные храмы Абу-Симбела, выстроенные царём Рамсесом II для себя и своей жены Нефертари,  оказались под угрозой затопления из-за строительства Высотной асуанской плотины. Операция по их спасению стала одним из самых известных международных инженерных проектов в 20 веке. В нём участвовали специалисты из более чем 50 стран мира. Для перевозки храмы были тщательно обмерены и описаны, после чего их распилили на 1036 блоков весом от 5 до 20 тонн. Место для сборки находилось недалеко, всего в 200 метрах дальше от реки, но при этом на 65 метров выше. В качестве замены природной скалы, которая вмещала храмы прежде, были созданы два искусственных холма с поддерживающими конструкциями из железобетона. Подробности можно узнать здесь.

Вы пишете: "На строительных площадках существовали писцы, которые вели учёт сточенных медных орудий и отвечали за их своевременную замену". Откуда это известно? Как медные орудия использовались в процессе строительства?

Медные (а затем и бронзовые) орудия традиционно использовались египтянами при работе с камнем. Обычно их применяли уже после завершения грубой обработки с помощью каменных молотов. В основном это были сверла, пилы и зубила. Орудия эти очень ценились и уже во времена Древнего царства подписывались. По надписи можно было узнать о том, какому отряду мастеров принадлежит орудие.  У нас есть большое количество письменных источников с упоминанием должностных лиц, которые отвечали за хранение, учёт и распределение меди. Такие свидетельства обычны в эпоху строительства пирамид, однако особенно многочисленными становятся во времена Нового царства. Например, много таких свидетельств из посёлка строителей царских гробниц в Дейр эль-Медине. Все поставки в деревню из храмов, дворца или царских хозяйств подробно учитывались. Черновые записи велись писцами на каменных или керамических фрагментах -  острака. По мере необходимости они суммировались и переписывались в папирусные журналы. Иногда остаркон подбирался таким образом, чтобы его вес соответствовал весу того предмета, о котором идет речь. На одном из острака сохранилась надпись: «Вес зубила, испорченного (рабочим по имени) Ини. На переплавку. (Записано) рукой писца Кенхерхепешефа».

Времена шли, а металлические орудия всегда оставались в цене. В конце Нового царства окрестности Фив стали ареной борьбы различных придворных группировок, наемников и, возможно, восставших земледельцев. Жить в посёлке строителей гробниц стало небезопасно, и мастера переселялись либо в город на восточном берегу Нила, либо в укрепленные царские храмы на западном берегу реки. В это время деревенский суд слушал дело некой женщины по имени Хериа, которую обвиняли в краже бронзового зубила в доме одного из работников. Перед уходом из деревни этот работник закопал зубило в своем дворе, а Хериа его якобы выкопала и забрала себе. Женщина все отрицала, однако во время обыска в её доме обнаружили не только зубило, но и краденую утварь из деревенских святилищ, которые были оставлены без присмотра на время беспорядков. Деревенский суд посчитал, что Хериа «достойна смерти». Впоследствии ее имя больше не упоминалось в деревенских документах. Видимо, Хериа переправили на восточный берег и передали в руки суда под председательством верховного жреца Амона, который, наряду с царем и визирем, мог выносить решения по таким важным делам.     

Если бы изобрели машину времени, в какую эпоху Вы хотели бы отправиться больше всего?

Когда только поступил в университет, я, конечно, был очарован эпохой Нового царства: Тутмосы, Аменхотепы, Рамсесы, Долина Царей, храмы Луксора и Карнака… Теперь всё иначе. Сегодня мне бы очень хотелось оказаться в Первом Переходном периоде или в раннединастическом Египте.

Что стало главной "потерей" для египтологов во 2-й половине XX века - начале XXI?

Главная потеря – это невозможность остановить разрушение памятников. Особенно поселений. И особенно в египетской Дельте. Проблема разрушения памятников в долине Нила, конечно, существовала всегда. Уже в XIX веке пионеры египтологии не уставали говорить о том огромном вреде, который наносят древностям нелегальные раскопки и хозяйственная деятельность. Со временем на основных археологических объектах египтянам удалось наладить систему охраны. Однако очень многие провинциальные памятники, а также памятники, находившиеся в пустыне, продолжали разграбляться или страдали от наступавшей современной инфраструктуры – дорог, каналов, новых построек. Ситуация с грабежами особенно обострилась вскоре после январской революции 2011 года. Египет – это развивающаяся страна с быстро растущим населением. На протяжении большей части письменной истории численность населения Египта оставалась довольно стабильной, колеблясь от 2–3 до 10 миллионов человек. Однако с начала 20 века количество проживающих в Египте людей увеличилось почти в 10 раз, превысив отметку в 90 миллионов. Для сравнения, численность египетского населения в эпоху фараонов по разным оценкам составляла от 1 до 4 миллионов человек, а в эпоху античности – около 5 миллионов. Если существующие темпы роста сохранятся, то уже через пару десятилетий население Египта превысит население России. Египтянам требуется всё больше земель под застройку, развивающуюся инфраструктуру, под зоны отдыха и сельское хозяйство. Увы, но всё чаще такими землями становятся памятники археологии, особенно поселения. Самый известный пример – это, пожалуй, развалины древнего Мемфиса, но таких гибнущих памятников сотни, если не тысячи по всей стране.

Оказываясь в Египте, наш архитектор любит повторять, что мы должны радоваться тому, что сумели застать, а не сетовать на то, что во времена археологов-первопроходцев Древний Египет был гораздо ближе. Он, безусловно, прав. Египет быстро меняется и древние памятники уже никогда не будут в лучшем состоянии, чем они есть сейчас. Будущие поколения археологов будут завидовать нам не меньше, чем мы завидуем своим предшественникам! В связи с этим каждому специалисту, работающему в Египте, полезно вспоминать время от времени слова Гарри Смита, которыми он завершил свой очерк о проблемах изучения древнеегипетских поселений в долине Нила: «Будущие поколения простят нас, если мы оставим им сделать то, что сами сегодня сделать не смогли; а вот чего они нам точно не простят, так это неспособности зафиксировать те свидетельства великолепного прошлого Египта, которые мы вполне были в силах зафиксировать».

Почему вы считаете важным выступать на мероприятиях вроде "Ученых против мифов"? Зачем слушателям идти на форум?

Египтология, как и другие гуманитарные науки, крайне уязвима. Предмет наших исследований создаёт благодатную почву для всевозможных проходимцев, а миф о лёгкости проведения исторических исследований привлекает на сторону этих проходимцев множество сторонников. В отличие от ряда естественных наук, которые в какой-то мере будут финансироваться государством в любом случае, для египтологии борьба с лженаукой – это дело выживания. В современном мире вопрос о том, сможем ли мы вести раскопки в Египте, сможем ли финансировать серьёзные междисциплинарные научные проекты, напрямую зависит от легитимности науки и научных методов в глазах общества. Это первое. Второе – это ответственность перед людьми, которые через уплату налогов финансируют академическую науку. Мы обязаны рассказывать о наших достижениях доступно и интересно. Наконец, очень важно не только отчитываться о достижениях, но и привлекать внимание общества к современным проблемам и перспективам развития египтологии.  Вместе с теми, кто интересуется историей нашего удивительного вида, кто вдохновляется эпохой древности и верит в силу научных методов и критического мышления, мы сможем достичь многого на пути добычи достоверного знания о Древнем Египте. На форум я бы пошёл хотя бы ради того, чтобы проверить, чем эти учёные занимаются за наши деньги. А вообще научное знание превращает мир из загадочного в невероятно интересный. Если вам интересно жить, то это ваш день =)     


Беседовали Екатерина Шутова и Александр Соколов


10 июня - Ученые Против Мифов в Москве

Интересно

Следует, однако, сделать одно уточнение, без которого непонятна ошибочность распространенного написания «орангутанг». Слово «орангутан» малайского происхождения, составлено из двух слов, означающих, как мы помним, «человек лесной». Добавление буквы «г» в конце резко искажает смысл, означая уже «человек должник». Никому этот замечательный антропоид ничего не должен – «невинное» добавление буквы «г» является грубой ошибкой.

Э.П.Фридман Э.П. Приматы. – М.: Наука, 1979 г.,  с. 188.

Catalog gominid Antropogenez.RU