English Deutsch
Новости
Эксперты отвечают

Из древних африканских сапиенсов никто ничего не выковыривал

Каковы причины эволюции различных признаков  черепа гоминидГоминиды в "классическом" смысле - семейство прямоходящих приматов, включающее людей и их ископаемых предшественников., типа затылочного рельефа, или надбровья? Тут есть какие-то закономерности?  Надбровье вроде бы у австралопитеков было большим, потом у хабилисов – стало поменьше, а у эректусов – опять большое…

 

Что надбровье у хабилисов было меньше, чем у австралопитеков – это вопрос. Их во-первых не так много известно, а во-вторых у австралопитеков у многих тоже надбровье не шибко большое.

Череп Бодо (Bodo).
						Эфиопия, Афар. Возраст: 550 – 740 тыс.л.н.
						Источник: https://www.msu.edu/~heslipst/
						contents/ANP440/heidelbergensis.htm
Череп Бодо (Bodo).
Эфиопия, Афар. Возраст: 550 – 740 тыс.л.н.
Источник: https://www.msu.edu/~heslipst/
contents/ANP440/heidelbergensis.htm

Это ведь всё дико неравномерно происходило, рывками. Нельзя сказать, что определенный признак  постепенно увеличивался или уменьшался…  И во-вторых, если говорить о рельефе – лобном и затылочном – то это в немалой степени производная размеров тела и жевательной мускулатуры. Затылочный рельеф – нужен для поддержания головы. Если челюсти здоровые – нужен противовес сзади. Нужны мощные мышцы, которые к затылочному бугру крепятся, они будут тянуть голову назад, чтобы она вперед не падала. Ясно, что если у австралопитеков огромные челюсти – нужен затылочный гребень. У хабилисов челюсти поменьше, а размер тела тоже небольшой, т.е. вес не велик. Поэтому им рельеф затылочный ни к чему.

Эректусы сильно подросли по сравнению с хабилисами. Они крупней в два раза! Эректусы – это ведь, между прочим, пик массивности среди гоминид по всем параметрам. И по размерам челюстей тоже (если не рассматривать массивных австралопитеков). А если брать мегантропов с Явы – они и с массивными австралопитеками сопоставимы. Конечно, не факт, что яванские эректусы были предками кого-либо. Вероятно, это тупик. А если брать африканцев – то там пик массивности надбровья и челюстей – это гейдельбергенсисы и поздние эректусы. Это Бодо и Кабве. У них самое мощное надбровье из всех, кто есть, и челюсти самые огромные.

А надбровье – зачем оно вообще? Оно какую-то функцию выполняет? Это связано с лобными пазухами?

Африканский пигмей.
							Фото: Melinda Kerr
							Источник: http://www.redbubble.com/people/
							melinda/art/2914703-3-pygmy-man
Африканский пигмей.
Фото: Melinda Kerr
Источник: http://www.redbubble.com/people/
melinda/art/2914703-3-pygmy-man

С  пазухами тут прямой корреляции нет. Может быть большое надбровье при маленьких  пазухах, и наоборот. Надбровье, скорее всего – это биомеханическая реакция кости на жевательную мускулатуру. Хотя сама жевательная мускулатура к надбровью не крепится, но общий биомеханический стресс на череп дает усиление гребней и всё такое прочее. И вторая мысль:  надбровье – это же часть лица. Тут может работать половой отбор. Чем страшнее выглядишь – тем лучше. :) В пользу этого – факт, что у пигмеев надбровье очень сильно развито по сравнению с бантуязычными высокорослыми племенами. У пигмеев рост маленький, и  высокорослыми неграми они всерьез не воспринимаются. Возможно, по этой причине у пигмеев все признаки «взрослости» усилены. Сильнее рост бороды и усов, шире нос и мощней надбровье. Это черты суровости, мужественности. У древних могло быть так же. Черты, подчеркивающие такую «страхолюдность», усиливались, в силу внутренней регуляции отношений, особенно на фоне уменьшения размеров клыков. Клыки стали маленькими, пугать соперника нечем, пришлось это компенсировать усиленной жестикуляцией, мимикой, и, возможно, устрашающим лицом с нависающим надбровьем.

Черепа собак: 1 - бостонский терьер, 2 - боксёр, 3 - колли, 4 - персидская борзая, 5 - кокер спаниель, 6 - мопс, 7 - ротвейлер, 8 - французский бульдог, 9 - большая пиренейская, 10 - пекинес.
Черепа собак: 1 - бостонский терьер, 2 - боксёр, 3 - колли, 4 - персидская борзая, 5 - кокер спаниель, 6 - мопс, 7 - ротвейлер, 8 - французский бульдог, 9 - большая пиренейская, 10 - пекинес.

В описании различных гоминид можно увидеть черты некой специализации. В связи с эти вопрос: насколько  специализация закрывает данному виду пути к дальнейшей эволюции? Т.е. можно ли на основании специализированных признаков делать вывод, что тот или иной гоминид не является прямым предком современного человека?

 

Вопрос в том, насколько далеко эта специализация зашла. Если она зашла на уровень трубкозуба или муравьеда, у которого зубов вообще нет, и морда в трубочку свернулась – то из него саблезубый тигр, понятно, не получится. Но это уже уровень отрядов млекопитающих. Если мы видим специализацию на уровне внутривидовом – расовая специализация, например темный цвет кожи, а видовое единство при этом сохраняется – конечно это может обратно вернуться, потому что это аллели одних и тех же генов. Привнесение другого аллеля, родственного, может эту специализацию забить, она растворится. У различных пород собак можно увидеть вполне конкретную специализацию. Но это всё исчезнет, если предоставить этих собак самим себе. Несмотря на специализации, это один вид (хотя размах изменчивости у них больше, чем у человека). И у человека уж тем более. Не известны какие-либо специализации, которые кому-то закрыли бы путь к скрещиванию с другими людьми.

У ископаемых гоминид – единственный пример, это Homo floresiensis,  наверное. У «хоббитов» – если они не патологичные, как кто-то до сих пор доказывает – объем мозга меньше, чем у шимпанзе. Наверное, это закрыло им путь к скрещиванию и всему остальному. Хотя и это – вопрос. Приматы очень лабильны, у них известны межродовые гибриды, гелад с павианами, мартышек разных – причем плодовитые гибриды! Систематика приматов потому такая запутанная и спорная, что видовой критерий тут не очень срабатывает. А раз может быть скрещивание плодовитое – то любая специализация, которая еще не очень далеко зашла – может быть обратимой, на самом деле. Конечно, путем собственного эволюционного развития она вряд ли будет обратимой. Маловероятно, что будет мутация, которая этот аллель вернет обратно. Хотя  отдельные случаи известны. А более вероятный путь – может быть достижение прежнего состояния за счет мутации, дающей тот же фенотип, но другой генотип. Наиболее характерный пример – с цветом кожи. Темный цвет у негров и у австралоидов достигается за счет разных генов. Т.е. с большой вероятностью некие «протонегры», выйдя из Африки, вначале посветелели, в Азии, а потом снова потемнели. Цвет внешне тот же самый, на глаз неразличимый. Строение кожи, на клеточном уровне, то же самое. А генетика другая.

Поэтому про ту или иную палеоантропологическую находку вот так однозначно сказать: «это тупик» – нельзя. Что мы вообще считаем специализацией? Специализацией считается что-то, что встречается только у этой группы, и нигде больше. Но нельзя быть уверенным, что в какой-то другой популяции мы этот признак не найдем, может мы просто еще не всё изучили. Исследованность современного человека очень плохая, на самом деле.

Что Вы скажете о скептическом отношении ряда антропологов к молекулярно-генетическим методам в антропологии?

Поскольку я не генетик, я не могу анализировать реальную достоверность результатов, полученных этими методами. Но я знаю, что дату расхождения человека и шимпанзе генетики оценивали с размахом от 2 миллионов до 20 миллионов лет. В 10 раз разница! Причем эта цифра меняется вслед за палеоантропологическими находками. Поэтому не внушает это доверия. Я верю в развитие науки, поэтому думаю, что рано или поздно с помощью подобных методов будут получать выводы корректные, достоверные. Но для этого нужны не только исследования современных людей, но и  исследования  многочисленных ископаемых людей, причем не только неандертальцев. Неандертальцы – как ни крути, линия специализированная, изолированная, сами по себе они долго «варились». А если бы исследовали находки из Азии, из Африки, наконец-то!  Очень интересно исследовать европейских кроманьонцев – которых кроме Сунгиря никто не смотрел. То есть смотрели, но популяционных каких-то выводов не делали – потому что, повторяю, современных людей плохо изучали. И самое интересное – изучение древних африканских сапиенсов.  Херто, или Омо – эти, конечно, древние слишком, но есть более поздние. Накуру. Олдувай 1. Из африканцев никто ничего не выковыривал, не изучал.

Снова повторю: на Западе  очень плохое расоведение. Они современных людей рассматривают просто как абстрактных современных людей, не учитывая, что есть очень разные группы.  А когда это делают генетики, они и того скудного расоведения, которое  там есть, не знают. Даже когда наши генетики за это берутся – и то делают коряво, кроме Балановских, которые единственные в мире, по-моему, работают корректно, и получают красивые результаты.

Хорошо бы сравнить какого-нибудь Сунгиря с современными монголоидами, европейцами, уральской расой. И не только Сунгиря, а взять бронзу, мезолит, неолит. И когда будет много данных по разным группам с разной датировкой – от современных до среднего палеолита, то станет картина более конкретной. А когда они миграции людей выявляют исходя только из современных людей, которые уже заведомо после этих миграций перемешались тысячу раз – это все сомнительно. Получать датировки, исходя только из современных материалов – это вообще неправильно. Поэтому цифры у них и гуляют. Даже выход из Африки – хотя сейчас более-менее сговорились – гулял от 200 тысяч лет до 40 с небольшим.

Верно ли, что в хронологии эволюции человека есть разрывы, не заполненные палеоантропологическими находками?

 

Есть разрывы, в Азии, например, около 100 тысяч лет назад, по понятной причине – там Тоба извергался и всё вымерло.

Есть другая проблема, которая, кстати, уже не очень актуальна.  До недавнего времени существовал разрыв возможностей методов датировок.  Это было в середине 20 века. Был радиокарбоновый метод, который давал результаты до 40 тысяч лет, и был урановый, который давал результаты начиная от миллиона лет. А между ними «дырка», и попавшие в нее  находки, типа Брокен-Хилла, и гуляли от 40 тысяч лет до миллиона. Их датировали, основываясь больше на стратиграфии, на фауне и т.п., на морфологии самих гоминид. Была серьезная проблема. Если брать классические труды по антропогенезу, до 90-х годов 20-го века, там датировки очень запутанные. Они до сих пор периодически некритично воспроизводятся, и получается ерунда. Но появились новые методы – термолюминесцентный, следов распада, спин-резонанс и еще куча методов. Я и половины не понимаю, как они работают, но есть специалисты, которые ими владеют. И прорыв в палеоантропологии последних 20 лет во многом связан с этими новыми датировками. Когда, в частности, были передатированы Схул и Кафзех, у которых раньше непонятная датировка была, и которых представляли поэтому как переход между неандертальцами и сапиенсами. А оказалось, что они древней неандертальцев. Все эти южно-африканские находки были передатированы.  Элие Спрингс,  Синга – она у Алексеева рассматривалась вообще как верхний палеолит. А оказалась древней. Потому в немалой степени и возникла африканская родина сапиенсов, что раньше соответствующие находки рассматривались либо как эректусы древние, либо как верхний палеолит. А оказалось, что это самый что ни на есть средний плейстоцен, который искомый и был. Если Брокен-Хилл датировали радиоуглеродом – он и получался 40 тысяч лет, на пределе возможностей метода. Сейчас получилось 300 тысяч лет.

Проблема скорее в разрыве между эргастерами и эректусами, я ведь об этом упоминал уже. Об этом почему-то мало говорят. Эрагстеры в основном – это полтора миллиона лет, а эректусы начинаются миллион лет назад. 500 тысяч лет – это время от нас до эректусов, между прочим. В этом промежутке очень мало находок. Считается, что эректусы от эргастеров не сильно отличаются, но если в цифрах – разрыв там получается чуть ли не родовой.  На графиках эргастеры от эректусов отлетают очень далеко.

В чем это проявляется?

Это проявляется тупо в размерах. Эргастеры – мелкие. Эректусы гораздо крупней, и форма черепа у них другая. У эргастеров гораздо больше заглазничное сужение, более приплюснутый и расширенный череп. Челюсти у эргастеров относительно крупней (абсолютно сангиранцы может быть и больше, но относительно меньше получается). Разрыв на графиках и получается во многом потому, что в этом промежутке мало находок, которые я мог бы туда воткнуть.  Но если оценить этот промежуток в 500 тысяч лет, то находки, которые там могут быть, как раз туда логично лягут. По хронологии всё так и выходит  - торжество схождения теории и практики, датировок, которые мы имеем, и измерений. Но нет находок – нет и точек на графике  (находки-то на самом деле есть, но это зубы и челюсти – для измерений в данном случае не годятся). А по времени этот промежуток как раз соответствует наблюдаемому морфологическому разрыву между эргастерами и эректусами.

Еще такая проблема: у нас есть непрерывность в целом, во времени, но как правило нет непрерывности на конкретной территории. Конкретное местонахождение формируется в пределах скольких-то тысяч лет. Очень мало таких мест на Земле, где бы была палеоантропологическая летопись непрерывной – от австралопитеков до нас. Есть Олдувай, есть Кооби-Фора, там в принципе почти по всем временам есть находки какие-то, хотя бы фрагментарные. Но по большинству местонахождений такого нет. И мы вынуждены сравнивать эргастеров африканских с эректусами сангиранскими (Ява), т.к. их там больше нашли. А на Яве между Сангираном и Нгандонгом тоже разрыв получается в миллион лет. Между ними нету слоев, не нашли до сих пор - это проблема уже геологическая получается. Но чем больше копают, тем больше находят.

Вопрос по поводу нашумевших находок в Денисовой пещере. Там ведь еще в 1984 году были найдены 2 зуба. Так  вот эти 2 зуба  сильно отличаются от нового моляра (из которого выделяли мтДНК)? Планируется ли из них (из старых зубов) извлекать какую-то генетику?

Старые зубы отличаются, но один из них - резец, а другой – молочный  молярКоренной зуб. К молярам относятся задние зубы верхней и нижней челюсти, служащие для пережёвывания пищи., так что сравнивать трудновато. Они все из разных слоёв и  разных  возрастов, так что явно не одной популяции. А выделить ДНК сложно по  двум причинам: один зуб с датировкой 60 тыс.л.н., другой – примерно 120  тыс.л.н., так что ДНК вряд ли сохранилась; вторая причина  существеннее -  оба старых зуба археологи умудрились потерять:) Может, конечно, они у Деревянко где-нибудь хранятся, но, когда я был в Новосибирске  (давно это было...), мне их уже показать не смогли и сказали, что никто  не знает, куда они делись. Моляр я там видел и в руках держал (не  мою  ли  ДНК они расшифровали???), он и впрямь большой, это и на глаз видно.

Кстати, у меня версия: может, в группе С. Паабо имеется папуас, от которого меланезийская ДНК и попала в образцы? :)))

Дальше: Наука - это интересная игра
Назад: Кау Свэмп: эректусами тут и не пахнет

Интересно

Поскольку эти крайне забавные и любознательные представители живущего рода Simiae, на которых невозможно смотреть без восторга и изумления, столь похожи на человека, естествоиспытатели должны всячески стараться понять их. Приходится только удивляться, почему столь жаждущий новых познаний человек поступал до сих пор так неблагоразумно, что не попытался рассеять мрак, окружающий Troglodytes, своих ближайших родственников ... Что, спрашивается, может доставить человеку (не исключая даже и самих монархов) большее удовольствие, нежели созерцание рядом с собой этих столь домашних животных, которыми никогда не надоест любоваться? Разве трудно Королю достать этих животных, за что, безусловно, вся нация склонится перед ним в благодарном поклоне?

Catalog gominid Antropogenez.RU