«Учёный важнее царя Израиля, потому что если учёный умрёт, некому будет его заменить, а если умрёт царь, то весь Израиль может его заменить…»
Талмуд (предоставлено Викентьевым И.Л.)

(Напомним, что публикация результатов изучения Ардипитека была признана журналом Science главным научным событием 2009 года. Подробней об этом – здесь…)
И вот, в статье «Comment on the Paleoenvironment of Ardipithecus ramidus» Thure E. Cerling (Департамент геологии и геофизики, Университет Юты, США) и ряд соавторов подвергли критике выводы, которые сделаны были Тимом Уайтом относительно условий обитания ардипитеков.
Команда Уайта, всесторонне исследовавшая геологические условия захоронения останков 4.4-миллионолетнего примата, сопутствующие флору и фауну, сделали выводы о том, что ардипитек жил в лесистой местности, и при этом предпочитал закрытые пространства открытым. Это заключение заставляло пересматривать популярную гипотезу, согласно которой прямохождение у наших предков развилось в связи с переходом от древесной жизни к наземной, и выходом из редеющих лесов в саванны - где прямохождение давало ряд преимуществ. (см. краткий обзор гипотез о возникновении прямохождения).
Но ардипитек продемонстрировал ряд адаптаций к бипедии (прямохождению), между тем являясь жителем лесов. Так что привычную гипотезу пришлось пересмотреть.
Именно этот тезис оспаривают авторы статьи. Они сочли выводы Уайта, базирующиеся «в значительной степени на изотопном составе почв», недостаточно обоснованными. Авторы статьи - на основании изотопного анализа зубов, образцов почвы, уровня засушливости и т.п. - утверждают, что данные об окружающей среде в различных участках Арамиса (где обитали ардипитеки) указывают на «лесистую или кустарниковую саванну со случайными деревьями», где на закрытые пространства приходилось менее четверти площади, а более плотная растительность сосредоточивалась только вблизи водоемов.
Выходит, гипотезу о выходе в саванны как причине прямохождения рано сбрасывать со счетов?
Что ж, Тим Уайт, в подробном и обстоятельном ответе, опубликованном там же 28 мая, парирует: «В нашей работе мы представили весь соответствующий физический и биологический материал, включая структурную геологию, геохронологию, седиментологию, геохимию почвы, палеофлору, тафономию, земных беспозвоночных, мелких млекопитающих и птиц. Мы также провели детальный анализ останков крупных млекопитающих, так же как их экоморфологию, диету, и изотопный состав зубной эмали, в том числе непосредственно для Ardipithecus…
Мы заключили, что экологические условия в Арамисе представляли собой мозаику, безусловно, включавшую и саванну, ОДНАКО среда обитания Ардипитека была сосредоточена именно в лесистой местности».
Уайт указал, что его оппоненты рассмотрели слишком широкий ареал, вместо того чтобы сосредоточиться непосредственно на западной области, где были найдены кости Арди. А именно там всё свидетельствует о лесистой либо лесисто-травянистой среде.
Предположение, что Арди и ее вид одинаково использовали все доступные им среды обитания, Уайт назвал «экологически наивным», и еще раз настойчиво охарактеризовал Ардипитека рамидуса как вид, предпочитающий более закрытые среды обитания среди возможных. Этим, по мнению Уайта, ардипитеки отличались от более поздних и более «экологически гибких» австралопитеков, которые чаще и дальше выходили на открытые пространства, в результате чего и выработали ряд пищевых и двигательных адаптаций.
Вызов, брошенный автором второго комментария, куда более серьезен. В статье Comment on the Paleobiology and Classification of Ardipithecus ramidus Эстебан Е. Сармиенто (Фонд Эволюции Человека, Восточный Брунсвик, США) высказывает сомнение в том, что Ардипитек рамидус – «эксклюзивный» предок человека, и определяют ему куда более глобальную роль – общего предка и человека, и всех африканских человекообразных обезьян (включая, что совсем неожиданно, и горилл!). Ардипитек, по мнению Сармиенто, предшествовал разделению человеческой и обезьяньей «эволюционных ветвей».
Обосновывается это так. Автор считает, что Уайт, анализируя характеристики ардипитека в сравнении с поздними гоминидами и человеком, не берет при этом в рассмотрение многочисленных миоценовых ископаемых приматов, типа рамапитека. Значительная часть характеристик (14 из 26, рассмотренных Уайтом в опубликованной им сравнительной таблице) относятся к зубам, каковые по мнению автора не являются основанием для надежной диагностики, и в прошлом переоценка их значения уже приводила к ошибкам (например, при определении Oreopithecus и Ramapithecus как предков человека).
А остальные рассмотренные Уайтом характеристики, по мнению Сармиенто также не являются уникальными для человека и гоминид, и многие из них появляются независимо во многих линиях ранних приматов…
Далее, автор сомневается и в прямохождении ардипитека, заявляя что строение тазовых костей ардипитека «допускает различные интерпретации».
Затем автор поднимает данные генетики за последние 40 лет, согласно которым «минимальная дата разделения линий человека и афр. обезьян оценивается в 3-5 млн лет назад» (???!!! – прим. Ред). Так что, делает вывод автор, ардипитек идеально подходит «и по времени, и по морфологии» на роль примитивного члена общей линии «Африканские человекообразные обезьяны / человек» после отделения ветви орангутанов…
Ответ Тима Уайта лаконичен.

Слева направо - нижние челюсти: ардипитек рамидус, австралопитек анамский, австралопитек афарский

Слево направо - таз: человек, австралопитек афарский, ардипитек рамидус, шимпанзе.
Фундаментальный подход победил. Тиму Уайту, за плечами у которого 15 лет кропотливого анализа находок в Арамисе, есть что ответить скептикам.
Источники:
«Учёный важнее царя Израиля, потому что если учёный умрёт, некому будет его заменить, а если умрёт царь, то весь Израиль может его заменить…»
Талмуд (предоставлено Викентьевым И.Л.)