English Deutsch
Новости
Мир антропологии

Археологи против слонов

В 1984 году археологи охотились с копьями на настоящих слонов. Я не шучу!
"Выйти с копьём против  мамонта? Да вы спятили, что ли? Что можно такой, с позволения сказать, зубочисткой, сделать гиганту со шкурой толщиной 8 см?? Это все равно как с вилами на танк!"

Почти цитата из комментариев к нашим постам. Очень многие с трудом верят, что древний человек, вооруженный только деревянной палкой с каменным наконечником, представлял угрозу для кого-то крупнее суслика.

Что ж, расскажу вам безумном реконструкторском эксперименте, который, хотя конечно совсем не безупречен с этической точки зрения, но тем не менее заслуживает внимания.

Ну, конечно, сейчас нельзя охотиться на мамонтов, но африканский слон по своим размерам и анатомии вполне сопоставим с древними мохнатыми гигантами. Да, информация для любителей рассказать про «8-сантиметровую шкуру, которую ничем не пробить»: у взрослого африканского слоника толщина шкуры достигает 2 см, на некоторых участках до 4. По результатам исследования известных мумий мамонтов, в этом плане они не отличались от современных слонов. Такая шкура и правда может представлять собой настоящую броню, пробить которую непросто даже стальным гарпуном. 

 

Неандертальцы за разделкой слона. Реконструкция
Неандертальцы за разделкой слона. Реконструкция

На Ютуб можно найти документалку 20 века, в которой африканцы успешно охотятся на слона с помощью копий. Предупреждаю, зрелище жутковатое. Но, конечно, копья африканцев оснащены железными наконечниками. А как это делали древние охотники, с их каменными или костяными орудиями?

Археологические находки, вроде бы, показывают, что древним людям было под силу добыть огромного зверя в верхнем и даже в среднем палеолите. В одной из публикаций я рассказывал, например, про кладбище прямобивневых слонов в Ноймарк-Норд, в Германии – судя по всему, жертв неандертальской охоты.

Особой убедительности добавляют многочисленные следы от орудий на костях, а также наконечники копий, найденные в непосредственной близости от скелета, или даже торчащие из него (такие находки тоже есть).

И всё же всегда есть тень сомнения. А как проверить-то? Не бегать же с копьем за живым слоном! Да и кто позволит?

 

Оказывается, однажды такая возможность у археологов появилась – в национальном парке Хванге, крупнейшем заповеднике, находящемся в Зимбабве.

 Мы представляем себе, что заповедник создан для защиты диких животных от уничтожения. Но иногда возникает парадоксальная ситуация: животных в заповеднике становится больше, чем его территория может вместить. Так произошло с популяцией слонов: при отсутствии естественных врагов, огромные животные так расплодились, что сами стали угрозой для экосистемы заповедника, где они, например, просто уничтожали деревья. Кроме того, слоны стали вторгаться на фермерские поля и уже представляли опасность для людей. В такой ситуации в 1984 году руководство парка приняло решение провести отстрел нескольких семей слонов. Аналогичное мероприятие проводилось и в 1985 году. Для археологов это был уникальный шанс. 

❗Внимание! Дальнейшее повествование содержит подробности, которые могут вас шокировать. И я хочу подчеркнуть: я против жестокого обращения с животными в любых обстоятельствах.

 

Наконечники кловис
Наконечники кловис

Итак, Директор заповедника разрешил американскому археологу Джорджу Фрайсону провести опыты на убитых и «почти мёртвых» животных. 

В 1984 году проводилась серия испытаний колющих копий ближнего боя, а в 1985-м – метательных копий, бросаемых с помощью копьеметалки. Остановимся подробнее на второй серии опытов. О ней повествует научная статья, вышедшая в журнале American Antiquity в 1989-м. 

Исследователи испытывали технику охоты с копьями культуры кловис – одной из древнейших археологических культур Нового Света. Визитная карточка кловиса – ланцетовидные каменные наконечники с вогнутым основанием. Подобные орудия находили на археологических памятниках вместе с костями мамонтов и других крупных животных, на которых, предположительно, охотились древние американцы. По мысли Фрайсона, с которой можно, конечно, поспорить,, палеоиндейцы были матёрыми охотниками, и они  предпочитали добывать здоровых, «высококачественных» животных, а не каких-то больных хромающих доходяг. 

Кроме того, Фрайсон скептически относился к идее загона мамонта в болото, где его, как часто рисуют на картинках, забивали камнями. «Настоящие охотники были бы глубоко оскорблены, если бы их обвинили в использовании такой охотничьей стратегии», - пишет Фрайсон. По мысли ученого, слона не так просто обездвижить в болоте, да и вытаскивать потом его оттуда – операция затруднительная.  Нет, только охота на суше, где охотник полагается на свою осторожность, быстроту, меткость и, может быть в первую очередь, на качество своего оружия.

Поэтому характеристикам копий, использовавшихся в эксперименте, в статье уделено особое внимание. И не только наконечникам, но и древку.

Составные метательные копья
Составные метательные копья

А оно у этих копий составное! К основному более толстому и длинному древку крепилась более тонкая передняя часть с наконечником. При правильном броске такого копья в тушу животного входила бы целиком вся тонкая часть древка. 

Автор рассмотрел преимущества и недостатки разных пород дерева,  и счел оптимальной  для охоты на слона – достаточно прочной  и легкой черёмуху виргинскую, распространенную на Великих равнинах Северной Америки. Копьеметалки, атлатли,  делались из сумаха трёхлопастного – и не только из-за качества древесины, но и потому, что на археологических памятниках найдены копьеметалки именно из этого растения.

Важно тщательно очистить и выпрямить древко. Малейшая кривизна ухудшала поражающую способность копья и увеличивала риск поломки. Многое зависит и от условий хранения, поскольку во влажную погоду копья могут быстро деформироваться. Много места в статье отведено взаимному соединению частей древка, а также креплению наконечника. Тщательно подбирался оптимальный вес копья, длина и диаметр обеих частей. 

 

Наконечники копий, использовавшихся в эксперименте
Наконечники копий, использовавшихся в эксперименте

Фрайсон отобрал 6 вариантов, которые испытывал при опытах с колющим копьём. В самом тонком варианте передняя часть древка быстро ломалась. Оптимальной оказалась конструкция с коротким передним древком – в этом случае оно при ударе легко входило в тушу до соединения с толстой частью.

Наконечник крепился к вырезу в древке с помощью сухожилий и смолы, причем автор перепробовал разные виды смолы и добивался идеального положения наконечника, без чего хорошего удара не получится. Для более плотной «посадки» между древком и наконечником вводился кусок дубленой шкуры или древесной коры. Вот сколько нюансов, которыми, безусловно, в совершенстве владели древние охотники.

 

Наконечник, сломавшийся в процессе эксперимента
Наконечник, сломавшийся в процессе эксперимента

Наконечники (кремневые и кварцитовые) при ударах могли ломаться, но после надлежащего ремонта снова шли в дело. За два года экспериментов исследователь использовал 7 наконечников, два из которых сломались в самом начале проекта и были выброшены

Один из них, кстати, разбился при попадании в ребро слона. Из оставшихся пяти один наконечник прошел через весь проект без разрушения, пронзив при этом 12 слонов. Другой трижды переделывался и уменьшился в итоге более чем на треть, но успел поразить 7 слонов.

Итак, целью эксперимента было выяснить: сможет ли человек с помощью подобных копий нанести слону смертельные ранения? Учитывая специфику, единственным возможным моментом для опытов было время, пока работники заповедника убивали животных современным способом (с помощью огнестрельного оружия). После расстрела бедных слонов к поверженным тушам приближались археологи со своими копьями.

 

Слон, поражённый копьём
Слон, поражённый копьём

12 июля 1985 года была уничтожена семья из 22 слонов. 

В основном животные находились в густом кустарнике, но два из них пали на открытой местности, позволяющей произвести бросок копья с расстояния 15 метров. 

Первый бросок был в пятилетнюю самку, при этом копье вошло в неё на всю длину передней части древка. Толщина шкуры в месте поражения составляла 9 мм. 

Наконечник не пострадал, но древко в месте соединения толстой и тонкой частей сломалось, и исследователи поняли, что копьё необходимо укреплять. Позднее его укрепили с помощью слоновьих сухожилий, полученных из животных, убитых в тот же день, и в дальнейшем копьё работало исправно.

 

Второе копье, брошенное в другое, молодое животное, оказалось слишком тяжелым, но с третьей попытки проникло во внутренние органы.

В дальнейшие дни экспериментаторы шаг за шагом оттачивали своё мастерство в бросании копий, совершенствовали конструкцию копья и копьеметалки, учились преодолевать неожиданные препятствия. Например, выяснилось, что внутренние жидкости из тел животных ослабляли сухожилья, удерживавшие наконечники копий.

«Третий отстрел был особенно удачным», - пишет автор: раненная взрослая самка сумела встать на ноги, пока работники заповедника преследовали других слонов. 

 

Экспериментатор метнул копьё, попав в грудную клетку; передняя часть копья вошла целиком и его наконечник, по-видимому, пробил лёгкое. В этот момент животное упало на четвереньки. Поражение было смертельным.

В дальнейшем экспериментатор действовал уже почти безошибочно. Он описывает, например, несколько бросков с расстояния 20 м во взрослую самку, с толщиной шкуры 12 мм.  В грудную клетку копьё проникло три раза подряд; еще одно копьё полетело слишком высоко, и наконечник чиркнул по верхней части спины, проделав в шкуре длинную прорезь. При одном из бросков кварцитовый наконечник сломался, но всё равно вошёл в полость тела, образовав смертельную рану.

Конечно, это нельзя было назвать настоящей охотой, и исследователь рассуждает, как усложнился бы процесс, если бы речь шла о здоровых диких слонах. Для хорошего броска с помощью копьеметалки охотник должен стоять на ногах. Ему необходимо  интенсивно замахнуться, что несомненно привлечет внимание животного – ведь в настоящей охоте добыча вовсе не собирается умирать. 

По мнению Фрайсона, хорошо, если животное не видит охотника и уже движется в каком-то направлении. В идеале, один из участников охоты отвлекает слона, в то время как другие атакуют его копьями.

Слон, с которого археологи сняли шкуру
Слон, с которого археологи сняли шкуру

Не упустили исследователи и возможности разделать тушу слона с помощью каменных орудий. Для этого они  изготовили кварцитовые бифасы по образцу находок со стоянки Шиман-Кловис в восточном Вайоминге. 

Забавный момент: одно из этих орудий экспериментаторы каким-то образом умудрились потерять. Автор иронически замечает, что для археологов будущего такая находка может оказаться большим сюрпризом, ведь в этой части Африки подобных орудий никто не находил.

Труднее всего было разрезать шкуру слона: для успеха этой операции режущую кромку орудий требовалось неоднократно затачивать. Однако после того, как на шкуре сделаны необходимые надрезы, снять её оказалось довольно легко. Без проблем от туши отделялось и мясо, даже без повторной заточки бифасов.  «Молодой слон в хорошем состоянии дает большое количество нежного мяса превосходного вкуса», - сообщает наш гурман Фрайсон.

Можно ли полученные результаты экстраполировать на мамонтов? Конечно, мы не знаем особенностей поведения этих вымерших животных, но можем сравнивать их физиологию. Мамонт был покрыт густой шерстью, которая, теоретически, могла создавать трудности для охотников, однако, по мнению исследователей, не должна была препятствовать проникновению копий и дротиков. Зато у мамонтов были маленькие уши, так что для ударов копьями открывалась значительная часть шеи, прикрытая у слона.

Что касается стратегии охоты, то вряд ли древние охотники шли на прямое столкновение с целой семьёй мамонтов: остановить сразу нескольких рассвирепевших гигантов с помощью копий было бы трудновато.  Скорее, охотничьи атаки были направлены на отдалившихся от семьи одиночек, например, зрелых самцов, которых древние копьеметатели осторожно выслеживали. Вспомним, кстати, что на кладбище слонов в Ноймарк-Норд преобладают зрелые самцы.


Интересно

...Вдруг мне попалась хорошо отпрепарированная, высотой в 25-30 см "детская игрушка-пирамидка", названия гастропода, естественно, я тогда или не знал, или забыл из палеонтологического курса. Я подхватил эту "игрушку" и к Сергею Валерьевичу. Сергей Валерьевич созывает всех спуститься к нам вниз и, нахваливая меня, очень высокопарно начинает рассказывать про эту гастроподу: что это очень редкий образец, очень хорошей сохранности, что его добыл такой-то, такой-то талантливый студент(по имени-отчеству и фамилии, и на Вы!), что это чуть ли не открытие мирового масштаба!..

Catalog gominid Antropogenez.RU