English Deutsch
Новости
Мир антропологии

«Обезьяний процесс»: хроника событий

Начало 1920-х гг. ознаменовалось хаосом в американском обществе. Традиционалисты и пожилые викторианцы беспокоились, что их ценностям пришёл конец. Молодые модернисты больше не заботились о том, одобрит ли их поведение общество, а лишь о том, будет ли это поведение поддержано их собственным разумом. Процветали интеллектуальные эксперименты. Американцы танцевали под звуки джазового века, презирали «Сухой Закон», обсуждали абстрактное искусство и теории Фрейда. Но ответом на новые социальные модели модернистов была консервативная волна, и особенно сильно это ощущалось на юге США.

Дэрроу допрашивает Брайана во время суда над Скоупсом (20 июля 1925 г.) (Smithsonian)
Дэрроу допрашивает Брайана во время суда над Скоупсом (20 июля 1925 г.) (Smithsonian)

Кто возглавит американскую культуру, модернисты или традиционалисты? Журналисты ждали поединка — и место для него нашлось летом 1925 года в зале суда Дейтона, штат Теннесси. Суд присяжных должен был решить судьбу Джона Скоупса, школьного учителя биологии, обвиненного в незаконном преподавании теории эволюции. Вина или невиновность Джона Скоупса, или даже конституционность антиэволюционного закона Теннесси практически не имели значения. Что было по-настоящему важно, так это конфликт социальных и интеллектуальных ценностей.

Уильям Дженнингс Брайан в Дейтоне, за свидетельской кафедрой
Уильям Дженнингс Брайан в Дейтоне, за свидетельской кафедрой

Уильям Дженнингс Брайан, трёхкратный кандидат в президенты США и популист, возглавил фундаменталистский крестовый поход за то, чтобы изгнать теорию эволюции Дарвина из американских школ. Его мотивы были неясны. Возможно, его так сильно заботили вопросы равенства, что он опасался, будто теория Дарвина могла быть использована сторонниками растущего евгенического движения, представители которого выступали за стерилизацию «низшего класса». Однако, вероятнее всего, «Великий Простолюдин» решился на это из опасений, что преподавание теории эволюции подорвет традиционные ценности, которые он так долго поддерживал, и еще потому, что у него было непреодолимое желание остаться в центре внимания —  той самой позиции, которую он занимал со дня знаменитой речи «Крест золота», произнесенной на Демократической конвенции 1896 года. По словам журналиста Генри Луиса Менкена, который освещал суд над Скоупсом, Брайан стал кем-то вроде «фундаменталистского Папы». К 1925 году Брайану и его сторонникам удалось добиться внесения законопроектов о запрете преподавания теории эволюции в пятнадцати штатах. И уже в феврале в Теннесси приняли законопроект, введенный Джоном Батлером, согласно которому

«преподавание любых теорий, отрицающих историю Божественного Творения человека, как тому учит Библия, и продвигающих идею того, что человек произошёл от низших животных», было незаконным.

Суд над Скоупсом начался с заговора в аптеке Фреда Робинсона в Дейтоне. 31-летний выходец из Нью-Йорка и менеджер одной из местных шахт Джордж Рэпли пришел в аптеку с бумагой «Американского союза гражданских свобод» о том, что союз поддержит любого, кто нарушит антиэволюционный закон штата Теннесси. Рэпли, модернист-методист, презирающий новый закон, утверждал, что судебный процесс сможет прославить городок Дейтон. Послушав его, все присутствующие (включая школьного суперинтенданта Уолтера Уайта) пришли к убеждению, что резонанс, который можно было поднять благодаря неоднозначному процессу, действительно мог бы помочь их городку, численность населения которого упала с 3 тысяч человек в 1890-х до 1800 человек в 1925 году.

Джон Скоупс
Джон Скоупс

Так заговорщики вызвали в аптеку 24-летнего преподавателя естествознания и тренера по футболу Джона Скоупса. Как позже рассказывал Скоупс, Рэпли заявил: «Джон, мы долго спорили и я сказал, что никто не может преподавать биологию, не обучая теории эволюции». Скоупс согласился. «Все верно», — отметил он, достав одобренный штатом учебник Джорджа Хантера «Гражданская биология» с одной из полок аптеки (там продавались и учебники). «Ты ведешь уроки по этой книге?», — спросил Рэпли. Скоупс ответил, что заменяя заболевшего учителя биологии, он задал ученикам прочитать главы об эволюции для дальнейшего анализа. «Тогда ты нарушил закон», — заключил Рэпли. «Не хочешь ли ты поучаствовать в одном пробном деле?», — спросил он. Скоупс согласился. Позже он объяснил свое решение так: «Лучший способ уничтожить змею — сделать это, когда она только начинает шевелиться». Местные прокуроры и друзья Скоупса, Герберт и Сью Хикс, согласились выступить в качестве обвинителей.

Джон Скоупс (слева), Джон Нил (в центре), Джордж Рэпли (справа) идут в месту слушаний мимо постера "Читай Библию!"
Джон Скоупс (слева), Джон Нил (в центре), Джордж Рэпли (справа) идут в месту слушаний мимо постера "Читай Библию!"

Изначально Рэпли хотел, чтобы сторону защиты возглавил писатель-фантаст Герберт Джордж Уэллс. «Я уверен, что Уэллс согласится во имя интересов науки», — предсказывал Рэпли. Уэллса этот процесс не привлёк, но делом заинтересовались другие. Джон Нил, эксцентричный декан факультета юриспруденции из Ноксвилла, приехал в Дейтон и вызвался представлять интересы Скоупса. А когда к команде обвинения присоединился Уильям Дженнингс Брайан (несмотря на более чем тридцатилетнее отсутствие юридической практики), к битве в Дейтоне присоединился Кларенс Дэрроу, которому на тот момент было уже почти семьдесят. Однако Дэрроу не был первым кандидатом «Американского союза гражданских свобод» — они беспокоились, что ревностный агностицизм Дэрроу мог превратить суд в широкомасштабную антирелигиозную кампанию. Также союз хотел пригласить бывших кандидатов в президенты Джона Уильяма Дэвиса и Чарльза Эванса Хьюза, но никто из них не захотел сотрудничать с Дэрроу. Вместо этого к команде защиты присоединился знаменитый адепт свободы слова Артур Гарфилд Хейз, а также Дадли Филд Мэлоун, международный адвокат по бракоразводным процессам (и еще один доброволец, которому, по мнению союза, стоило бы остаться дома).

Команду обвинения же пополнили настоящий и бывший генеральные прокуроры Восточного Теннесси А. Томас Стюарт и Бен Б. МакКензи, а также сын Брайана — федеральный прокурор Уильям Дженнингс Брайан-младший. Со временем события забываются, и на сегодняшний день Дэрроу и Брайан запомнились нам как ключевые участники процесса, хотя Хейз и Стюарт были не менее важными фигурами для обеих сторон.

С приближением суда в июле 1925 года в Дейтоне воцарилась карнавальная атмосфера. Улицы были украшены плакатами, были установлены лимонадные стойки, а шимпанзе, которых, по слухам, привезли на заседание в качестве свидетелей, выступали в шоу на Мейн-стрит. Члены Анти-эволюционной Лиги продавали книги Т. Мартина «Ад и Средняя школа». Проповедники верещали на окрестных холмах и берегах реки. В день суда 10 июля 1925 года в здании Реа Каунти толпились почти тысяча человек, 300 из которых пришлось стоять (судья Джон Ролстон, занявший председательское место в суде над Скоупсом, предложил перенести заседание под тент, под которым могли бы поместиться 20 тысяч человек). Журналисты же стояли наготове, чтобы тут же передавать радиослушателям информацию о заседании в прямом эфире. Возле судьи Ролстона, жадного до славы консервативного христианина, стояли двое полицейских, размахивающих огромными веерами, чтобы воздух продолжал циркулировать.

Несмотря на протесты Дэрроу, заседание началось с молитвы.

Судью Ролстона обмахивают веером на суде над Скоупсом
Судью Ролстона обмахивают веером на суде над Скоупсом

Двенадцать присяжных (все — средних лет), в том числе фермеров и тех, кто регулярно посещает церковь, выбрали очень быстро. Процесс отложили на выходные. В воскресенье Уильям Дженнингс Брайан произнес проповедь в методистской церкви Дейтона, использовав эту возможность, чтобы сделать очередной выпад в адрес защиты Скоупса. Судья Ролстон внимательно слушал его вместе с семьей в первом ряду. В первый день суда защита ходатайствовала об аннулировании обвинительного акта, как на региональном, так и на конституционном основаниях. Этот шаг лежал в основе стратегии обороны. Целью защиты было не добиться принятия оправдательного приговора в отношении Джона Скоупса, а скорее даже услышать заявление вышестоящего суда — предпочтительнее всего, Верховного суда США — о том, что законы, запрещающие преподавание теории эволюции, являются неконституционными. (тем не менее, им не удастся добиться этой цели еще 43 года, то есть не раньше дела Эпперсона против Арканзаса). Как и ожидалось, судья Ролстон отклонил ходатайство.

Дэрроу разговаривает с присяжными на суде над Скоупсом
Дэрроу разговаривает с присяжными на суде над Скоупсом

Во вступительных заявлениях процесс рассматривался как титаническая борьба между добром и злом, истиной и невежеством. Брайан заявлял, что «если теория эволюции победит, то христианству наступит конец». Дэрроу возражал: «Это не суд над Скоупсом, это суд над цивилизацией». Обвинение, по мнению Дэрроу, «открывало двери для господства фанатизма, которому место в Средних Веках». К изумлению зрителей, Дэрроу назвал Брайана ответственным за «глупый, пагубный и скверный поступок» — по мнению Дэрроу, антиэволюционный закон превратил Библию в «мерило интеллекта и уровня знаний человека». В этом был весь Дэрроу, и прессе (которая, в основном, поддерживала сторону защиты) это очень нравилось. Обвинение же просило суд принять без доказательств Книгу Бытия в версии короля Якова. Так и случилось. Суперинтендант Уайт открыл список свидетелей обвинения вместе с показаниями, что Джон Скоупс признался в преподавании теории эволюции по учебнику Джорджа Хантера «Гражданская биология». 

Затем главный прокурор Том Стюарт стал расспрашивать семерых учеников Скоупса о его уроках. Те рассказали, что Скоупс говорил им, что человечество и другие млекопитающие произошли от одноклеточного организма. Далее Дэрроу провёл перекрестный допрос учеников — он делал это мягко, хоть и не без доли сарказма. Он спросил девятиклассника Говарда Моргана: «Говорил ли он вам еще что-то нехорошее?». «Нет, не припомню такого», — отвечал Говард. Когда за кафедру встал хозяин аптеки Фрэнк Робинсон, чтобы засвидетельствовать заявление Скоупса о том, что «любой учитель штата, преподающий по учебнику Хантера, нарушал закон», обвинение расслабилось. Дело было лёгким.

Команда защиты вырабатывает свою стратегию на суде над Скоупсом
Команда защиты вырабатывает свою стратегию на суде над Скоупсом

В четверг, 16 июля, защита вызвала своего первого свидетеля, зоолога из Университета Джона Хопкинса доктора Мейнарда Меткалфа. Обвинение возразило, что его показания не имеют отношения к делу — то есть к признанию виновности или невиновности Джона Скоупса. Судья Ролстон решил все же услышать мнение доктора Меткалфа о теории эволюции. Но Брайан лишь высмеял его толкование эволюции, отметив, что, по мнению эволюционистов, человек произошел «даже не от американских обезьян, а от обезьян Старого Мира». Дадли Мэлоун в защиту заявил, что утверждения обвинения были столь невежественными, как и те, что «позволили теологам начать процесс над стариком Галилео Галилеем». Это была впечатляющая речь, а антиэволюционист Джон Батлер даже назвал ее «лучшим выступлением века». Журналисты аплодировали стоя — к ним присоединились почти все зрители. На следующий день судья Ролстон отказался принять экспертные показания защиты, что вызвало негодование Дэрроу, заявившего, что не может понять, почему они «продолжают впустую тратить время на показания обвинения, в то время как мнение компетентных лиц стороны защиты всегда почти сразу же отклоняется». Тогда Ролстон спросил Дэрроу: «Надеюсь, вы не ставите под сомнение наш процесс?». В ответ Дэрроу лишь заявил, что «Ваша честь, у вас всегда есть право на надежду». «У меня есть право еще кое-на что», — ответил Ролстон. Эту выходку зафиксировали как неуважение к суду, впрочем, отменили замечание после того, как Дэрроу публично извинился за свою ремарку. Дэрроу и Ролстон пожали руки.

Судья (справа) и присяжные.
Судья (справа) и присяжные.

Многие были обеспокоены тем, что пол в здании суда может обрушиться, не выдержав всех пришедших, после чего Ролстон перенес заседание из здания суда на улицу, где был собран огромный тент. Там же напротив сидящих висела табличка «Читайте Библию». Дэрроу даже просил ее снять, либо повесить рядом надпись «Читайте теорию эволюции». Ролстон распорядился снять табличку. Вскоре перед зрителями, количество которых увеличилось уже до пяти тысяч, защита занесла в протокол (в целях пересмотра дела в апелляционном порядке) выдержки из заготовленных выступлений восьми ученых и четырех экспертов в области религии, которые готовились к даче показаний. Заявления ученых широко освещались прессой, благодаря чему Дэрроу удалось превратить процесс в общенациональный урок биологии. На седьмой день разбирательств Ролстон спросил, есть ли у защиты иные доказательства. Дальше произошло то, что газета The New York Times описала как «самую удивительную сцену судебного заседания в Англо-саксонской истории». Хейз попросил вызвать на кафедру Уильяма Дженнингса Брайана в качестве эксперта по Библии. Тот согласился, но при условии, что у него будет возможность так же допросить адвокатов защиты. Несмотря на протесты коллег, Брайан вышел как свидетель и принялся обмахиваться. Дэрроу начал со скромного вопроса: «Вы ведь давно изучаете Библию, не так ли, мистер Брайан?» Тот ответил утвердительно: «Вот уже почти пятьдесят лет». Дальше Дэрроу стал спрашивать его о событиях, описанных в Священном писании — так, чтобы указать на его слишком буквальное понимание Библии. Последовали вопросы о ките, поглотившем пророка Иона, Иисусе, повелевшем солнцу стоять неподвижно, о Ное и Великом потопе, искушении Адама в Эдемском саду и сотворении мира. Первоначально утверждая, что «события, описанные в Библии, должны приниматься на веру», Брайан все же заметил, что нельзя воспринимать Священное писание буквально.

Далее Дэрроу спросил его о том, состояли ли сутки, в течение которых Бог создавал небо, Землю и все живое, из 24 часов, на что Брайан ответил: «Мне кажется, это были периоды».

Брайан, приступивший к даче показаний очень спокойно, к концу допроса стал путаться в мыслях под давлением Дэрроу. В один момент он даже раздраженно заявил: «Я не думаю о том, о чем не думаю», на что Дэрроу шутливо спросил: «А думаете ли вы о том, о чем не думаете?». К пущему смеху зрителей Брайан ответил: «Иногда». Постепенно обе стороны раздражались все больше: Брайан обвинил Дэрроу в попытке «очернить Библию» и заявил, что продолжит отвечать на его неуместные вопросы лишь потому что «хочет, чтобы мир знал, что это человек, который не верит в Бога, пытается использовать суд в Теннесси…» Дэрроу прервал его: «Я протестую против вашего заявления и ваших дурацких идей, в которые не верит ни один разумный христианин на Земле». После этого выпада Ролстон отложил заседание. На следующий день судья постановил, что Брайан больше не будет выступать как свидетель, а его вчерашние показания должны быть аннулированы. Позже в прессе конфронтацию Дэрроу и Брайана назвали поражением Брайана. Историки говорили: «Как человек и легенда, в тот день он был уничтожен своими же показаниями в тот день». Его выступление описывали как слова «жалкого слабоумного бойца». Но и Дэрроу не удалось избежать критики. Так, например, Алан Дершовиц отметил, что знаменитый юрист «выставил себя антирелигиозным циником».

Процесс почти подошел к концу. Дэрроу попросил присяжных вынести обвинительный приговор, чтобы впоследствии опротестовать его в Верховном суде штата. Он отказался и от последнего слова, тем самым, лишив его и Брайана, который готовил свою заключительную речь в течение последних нескольких недель. Присяжные согласились, и судья Ролстон выписал обвиняемому штраф в размере $100. Спустя шесть дней Уильям Дженнингс Брайан все еще находился в Дейтоне. Съев щедрый обед, он прилег и умер во сне. Кларенс Дэрроу узнал об этом, отдыхая в Смоки-Маунтинс. В ответ на предположения журналистов о том, что Брайан скончался от разбитого сердца, тот заявил, что Брайан умер «не от разбитого сердца, а от распухшего живота», громко добавив: «Его смерть — огромная потеря для американского народа».

Год спустя Верховный суд Теннесси отменил решение суда Дейтона — но не на основании Конституции, как надеялся Дэрроу, а по техническим причинам. По мнению Верховного суда штата, штраф должны были назначать судьи, а не Ролстон. Но вместо того, чтобы отправить дело на пересмотр, суд решил оправдать Скоупса. «Мы ничего не выиграем от продолжения этого процесса», — заявили они.

Конечно, суд над Скоупсом не положил конец дебатам о преподавании теории эволюции, однако это было действительно крупное поражение для антиэволюционистов. Из всех пятнадцати штатов, где были внесены антиэволюционисткие законопроекты в 1925 году, документ был окончательно принят лишь в двух из них — Арканзасе и Миссиссипи.


Перевод: Екатерина Шутова

Источник: http://www.famous-trials.com/scopesmonkey/2127-home


03 февраля - Ученые Против Мифов в Петербурге

Интересно

Изо всего, что видел Йорк (огнеземелец, путешествовавший на «Бигле» с экспедицией Чарльза Дарвина – прим. редактора)  за время своего пребывания в чужих краях, ничто так не пора­зило его, как страус близ Мальдонадо; задыхаясь от изумления, он подбежал к м-ру Байно, с которым вышел прогуляться: «О мистер Байно, о! птица совсем как лошадь!»

Catalog gominid Antropogenez.RU