English Deutsch
Новости
Мир антропологии

Как Дюбуа нашел и отстоял питекантропа

В конце XIX века голландский врач Эжен Дюбуа обнаружил первого претендента на звание предка человека — яванского питекантропа. Как совершалось открытие, помогло ли оно решить проблему «недостающего звена», добился ли Дюбуа признания и как учёный чуть не забыл чемоданчик с заветными останками в ресторане, рассказывает АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ.

Эжен Дюбуа
Эжен Дюбуа

Там, где обитают гиббоны

Эжен Дюбуа точно знал, что и где искать, — нечастое явление для громких палеонтологических открытий. Более того, обнаружение питекантропа — «недостающего звена» между человеком и обезьяной — было заранее предсказано немецким естествоиспытателем Эрнстом Геккелем на основании теории эволюции. Учёный занимался составлением родословной человечества, для целостности которой ему была необходима переходная форма между человеком и обезьяной. Эту форму он и назвал питекантропом. Где искать это гипотетическое существо? Геккель был уверен, что в Юго-Восточной Азии, где-нибудь в районе Индонезии. Там, на островах, обитают гиббоны — обезьяны, которых он считал очень близкими к предполагаемому предку человека. Теоретически лучше места для появления питекантропа не найти.

Но в палеонтологии теория без материальных доказательств — не более чем художественное произведение. Проверить гипотезу Геккеля решился только молодой врач (отнюдь не профессиональный палеонтолог) Эжен Дюбуа. Он появился на свет за год до выхода в свет прославленного «Происхождения видов», в нидерландской деревушке в респектабельной семье консервативных католиков. Что, впрочем, не помешало ему увлечься эволюционными теориями, в частности — поиском «недостающего звена» в родословной человека. Эта находка стала бы потрясающим подарком для учения Дарвина: теория, по которой можно что-то предсказывать, стоит значительно больше, чем просто теория. Но вряд ли об этом думал охваченный страстью двадцатидевятилетний врач из Амстердамского университета: его вера в идею Геккеля была столь велика, что он отдавал ей предпочтение перед версиями Дарвина. Именно поэтому Дюбуа отправился в Юго-Восточную Азию, а не в Африку, куда помещал родину человека Дарвин. И вот, бросив всё, молодой учёный из Амстердамского университета едет в Индонезию в качестве военного врача.

Время неудач

Эжен Дюбуа.
								Источник: http://ru.wikipedia.org/
Эжен Дюбуа.
Источник: http://ru.wikipedia.org/

Полтора года длятся методичные поиски древних полулюдей в пещерах острова Суматры, но запланированное открытие так и не происходит. Конечно, полутора лет недостаточно для того, чтобы изучить шестой по размерам остров планеты вдоль и поперёк, однако определённые сомнения в правильности курса такая череда неудач вызывает. Но вот, в конце 1888 года, в жизни Дюбуа наконец происходит тот счастливый случай, который служит началом любому крупному открытию. На острове Ява господин ван Ритшотен во время поисков строительных материалов обнаружил череп древнего человека. Тогда-то Дюбуа понимает, что он немного промахнулся с островом, и решает отправиться на Яву, где уж точно должны были обнаружиться доказательства правоты Геккеля и Дарвина. Но не стоит забывать, что на Суматру первооткрыватель приехал не как турист: начальство отпускает Дюбуа со службы только в апреле 1890 года. Хотя стоит отметить, что учёный не был слишком уж обременён службой: совмещать обязанности военного врача и экспедиции по пещерам было бы довольно проблематично. Руководство Голландской Индии практически освободило исследователя от его непосредственной работы врача.

В награду за долгое ожидание Дюбуа получает возможность посвятить всё свое время на Яве поискам «недостающего звена». Находка Ритшотена его разочаровывает: это череп человека современного типа (позже известный как Вадьяк 1). Затем следует ещё одна находка, сделанная самим Дюбуа в 1890 году — фрагменты черепа спорной принадлежности (Вадьяк 2). Снова разочарование: это тоже череп человека современного типа, правда, очень массивный. В любое другое время исследователь не мог не заинтересоваться находками: на их основании можно было делать выводы о древнем населении острова. Но Дюбуа горел только мыслью о «недостающем звене», поэтому от черепов «каких-то сапиенсов» отмахнулся лишь маленькими заметками, что потом ему поставили в вину. Все статьи исследователя, посвящённые находкам того периода его жизни, публиковались в журнале «Квартальные доклады Рудного бюро».

Как «недостающее звено» обрело имя

Черепная крышка, бедренная кость, зубы, найденные Дюбуа в Триниле, а также эндокран (слепок внутренней полости черепа) питекантропа
									Государственный Дарвиновский музей, Москва
									Фото: А. Соколов
Черепная крышка, бедренная кость, зубы, найденные Дюбуа в Триниле, а также эндокран (слепок внутренней полости черепа) питекантропа
Государственный Дарвиновский музей, Москва
Фото: А. Соколов

И всё же идею, которой был одержим голландский врач, удалось подтвердить. Новая находка была сделана в долине реки Мадиун 24 ноября – это фрагмент нижней челюсти. Как челюсть питекантропа она будет определена только в 1924 году. Сам же Дюбуа не спешил признавать найденное желанным «промежуточным звеном».

Главные открытия были впереди – Дюбуа сделал их в районе деревушки Триниль, которой суждено было войти в историю. Сначала врач нашёл очень крупный коренной зуб. Затем, в сентябре 1891 года, – ещё один моляр. Человек, далёкий от палеонтологии, может удивиться высокой значимости этих находок, но прелесть зубов заключалась в том, что они обладали признаками и человеческого, и обезьяньего строения. Зубы были в целом меньше обезьяньих, их ширина превышала длину, что характерно для человека. Но всё-таки человеческими они не были, на что указывали, в частности, слишком длинные корни. Даже если эти зубы принадлежали обезьяне, то какому-то неизвестному виду.

А дальше пошли тысячи костей, не принадлежащих ни обезьянам, ни человеку. Остаётся только удивляться терпению голландского исследователя, который долгие месяцы был вынужден стоять в шаге от своего открытия, копаясь в костях носорогов, свиней, тигров и прочих не интересовавших его млекопитающих. Огромное количество останков, обнаруженных в ходе экспедиции, потом сыграло с Дюбуа злую шутку: он не смог отыскать среди них кости, доказывающие существование питекантропа.

Но наконец учёный нашёл черепную крышку, которая, на первый взгляд, принадлежала какой-то человекообразной обезьяне. Вот только размеры этой находки превышали размеры черепной коробки антропоидов почти в два раза, поэтому сомневаться было невозможно: это существо не являлось ни гиббоном, ни орангутаном. 

Однако, чтобы утверждать, что найдено именно недостающее звено, находок было недостаточно. И вот через год, в 12 метрах от черепа, на той же глубине, помощники Дюбуа обнаружили бедренную кость, которая явно принадлежала прямоходящему существу. По слою, в котором была сделана находка, и степени сохранности кости Дюбуа приходит к выводу, что бедро и череп принадлежали одному и тому же существу. Исследователь сразу понял, что такому примату нет места в существующей классификации. Оставалось только признать, что многолетняя деятельность исследователя наконец увенчалась долгожданным открытием «недостающего звена».

В погоне за признанием

Сангиран 17 - череп питекантропа, найденный на Яве в 1969 году.
										Источники: http://de.academic.ru/dic.nsf/dewiki/869617
										OUR PLACE The World Heritage Collection
										http://whc.unesco.org/en/list/593/gallery/
										http://middleawash.berkeley.edu
Сангиран 17 - череп питекантропа, найденный на Яве в 1969 году.
Источники: http://de.academic.ru/dic.nsf/dewiki/869617
OUR PLACE The World Heritage Collection
http://whc.unesco.org/en/list/593/gallery/
http://middleawash.berkeley.edu

Раскопки продолжаются ещё некоторое время, но никаких находок, кроме пары зубов, они не приносят. Неутомимый Эжен Дюбуа посвящает своим находкам целую книгу, в названии которой «недостающее звено» меняет имя на Pithecanthropus erectus. Это был реверанс в сторону Геккеля, назвавшего своего гипотетического получеловека питекантропом. Пока книга ехала в Европу, сам первооткрыватель отправился в Индию: он хотел пройти тропами своего питекантропа. А тем временем в Европе разгорелись жаркие споры по поводу открытий Дюбуа. Геккель был полностью убеждён в истинности находки, но остальные антропологи с нетерпением ждали возвращения голландского учёного, чтобы лично познакомиться с удивительными останками. Из Индии Дюбуа возвращается в июле 1895 года.

Кульминационная часть этой истории начинается довольно курьёзным случаем. Вернувшись в Нидерланды, Дюбуа решает удостовериться в своих выводах и идёт с останками к известному французскому палеонтологу Мануврие. Тот подтверждает гипотезу коллеги: кости, вероятнее всего, принадлежат переходному виду между человеком и обезьяной. Дюбуа успокаивается, решив, что остальные учёные тоже его поддержат. Но последующий ужин чуть было не перечеркнул всю многолетнюю работу первооткрывателя: увлекшись палеонтологическими беседами с Мануврие, он забывает чемодан с останками в ресторане. На его счастье, саквояж не успел привлечь внимание и исчезнуть в неизвестном направлении (нашему читателю может невольно прийти на ум аналогия с Раймондом Дартом, который тоже чуть не потерял свою знаменитую находку – череп австралопитека, забыв его в такси). Ещё немного – и труд всей жизни Эжена Дюбуа мог бы навсегда затеряться где-нибудь среди мусора.

Питекантроп начал своё путешествие по Европе. Дюбуа везёт его в Англию и Германию, отправляет точные бронзовые копии во все ведущие университеты Старого Света. Останки вызывают острейшие дискуссии: в Германии общие настроения в своей речи выразил врач Рудольф Вирхов, который, несмотря на свой авторитет, не раз ошибался. Прославленный учёный заявил, что череп, безусловно, является частью скелета гиббона, а бедро принадлежало человеку, причём человеку цивилизованному: на кости Вирхов нашёл следы перенесенного заболевания – от которого, по его мнению, умерла бы любая обезьяна. Дюбуа обвиняли в непрофессионализме. Между теми, кто был уверен, что голландский исследователь нашёл обезьяну, и теми, кто склонялся к версии о древнем человеке, затерялась группа неуверенных учёных, которые считали, что питекантроп действительно существовал, но человек от него не произошёл. Позже исследователи насчитают около 50 мнений относительно природы питекантропа. 

Два года Дюбуа остервенело боролся со скептиками. Бесконечная череда личных бесед, переписок, конференций не приносит желанного всемирного признания, хотя многие переходят на сторону упрямого голландца. Ожесточённые споры, порой далеко выходящие за рамки не только научного дискурса, но и просто приличного поведения, подорвали моральный дух Дюбуа. Измученный, он решает спрятать кости ото всех в хранилище Лейденского музея. Врач был полон решимости навсегда закончить эти споры. Даже Геккель не смог посмотреть на останки, которые без него не были бы найдены.

Находки новых костей питекантропов в 20-30-хх гг. XX века расставили всё на свои места: существо, открытое Дюбуа, действительно существовало. Кроме того, в коллекции самого Дюбуа были обнаружены бедренные кости, не замеченные им ранее. 

«О гиббоно-подобной внешности Питекантропа»

Питекантроп (Homo erectus). Реконструкция выполнена Романом Евсеевым специально для АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ
Питекантроп (Homo erectus). Реконструкция выполнена Романом Евсеевым специально для АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ

А вот дальше начинается интересная легенда, получившая широкое распространение даже в советской научно-популярной литературе. Авторы статей заявляют, что сам Дюбуа отказался от своей гипотезы и уверял всех, что обнаружил останки гигантского гиббона. При этом нередко упоминается некая статья в журнале Nature, опубликованная в августе 1935 года и озаглавленная «О гиббоно-подобной внешности Питекантропа». Вероятно, название и ввело многих в заблуждение. Однако из тезисов этого сочинения (на самом деле, это не статья, а анонс доклада) понятно, что Дюбуа не собирался отрекаться от питекантропа. Вот перевод фрагмента, опубликованного в Nature: «Обладая многими особенностями гиббона, Pithecanthropus erectus заполняет ранее свободное место между антропоморфными обезьянами и человеком в том, что касается коэффициента цефализации (соотношения между массой тела и объемом мозга)». Как мы видим, Дюбуа вовсе не считал свою находку останками обычной обезьяны. Из других публикаций голландского исследователя также следует однозначный вывод: Дюбуа до конца жизни считал, что нашел то самое «недостающее звено».
 

Что сейчас можно сказать о питекантропах? Осуществилась ли мечта Эжена Дюбуа? С одной стороны, не вполне: сегодня мы знаем, что питекантропы оказались, в некотором роде, эволюционным тупиком. Найденный в Триниле яванский человек, по последним данным, жил около 500 тыс. лет назад, имел небольшой рост и архаическое строение черепа. На остров питекантропы попали, когда Ява была частью материка. Затем уровень мирового океана поднялся, гоминиды оказались в изоляции в течение сотен тысяч лет и дали начало двум другим видам людей, оба из которых к современному человеку не вели (речь о «явантропах» - людях из местонахождения Нгандонг на реке Соло, а также об удивительных хоббитах с острова Флорес). Однако питекантропы – это подвид Homo erectus, человека прямоходящего, останки которого в дальнейшем были найдены и в Азии, и в Европе, и в Африке. Именно от африканских эректусов произошел, в конечном итоге, человек разумный. Так что питекантропы относятся к виду, который с полным правом можно назвать предком человека.


Юлия Попова


10 июня - Ученые Против Мифов в Москве

Интересно

Летом 1977 г. в Институте экспериментальной патологии и терапии АМН СССР доктор медицинских наук Н.П. Гончаров и сотрудники его лаборатории были изумлены, когда после очередного взятия крови из вены огромный самец-павиан, видя, что лаборантка не торопится вытереть ему тампоном уколотое место, взял вату и сам вытер кровь.

Источник: Э.П.Фридман Э.П. Приматы. – М.: Наука, 1979 г.,  с. 161.

Catalog gominid Antropogenez.RU