English Deutsch
Новости
Мир антропологии

Катастрофисты и флювиалисты. Наступление естествоиспытателей на Библейскую хронологию.

Фрагмент из книги:
История археологической мысли
История археологической мысли

Книга эта представляет собой первую монографию по всеобщей истории археологии на русском языке. В России и СССР (и на русском языке вообще) никогда не издавались ни всеобщая история археологической мысли, ни история мировой археологии - ни до революции, ни после. В мире тоже не так много таких трудов.

Но как бы там ни было, всеми благочестивыми интерпретаторами на археологическую первобытность отводилось всего несколько тысяч лет. Доисторическое прошлое человечества еще в XIX веке мыслилось неглубоким, даже менее глубоким, чем историческое прошлое, и в общем сравнительно плоским.

Между тем, то, что христианская религия связала свое учение с короткой хронологией мира и человечества, - дело случайное. Для вероучения не было необходимости утверждать, что мир и человечество созданы всего несколько тысяч лет тому назад. Просто так сложилась у древних евреев Библия, заимствованная христианской и мусульманской религиями. По древнекитайским представлениям, мир создавался заново каждые 23 639 040 лет. В Индии счет возрасту человечества велся югами, всего их четыре, самая длинная, первая, насчитывала 1728 тысяч лет. Но уж, коль скоро положение о короткой хронологии превратилась в часть библейского вероучения, его достоверность стала предметом веры, а его отрицание - ересью. В мусульманском мире к сомнениям в том, что человечеству так мало лет относились более спокойно.

Но это всё были чисто теологические подсчеты, и начетнический способ аргументации делал поправки по крайней мере не более убедительными, чем предписанные церковными авторитетами даты. Так продолжалось, пока век Научной революции, а затем и век Просвещения не стали всё настойчивее выдвигать естественнонаучные возражения (Grayson 1983; Gould 1990). Эти возражения сосредоточивались в двух областях науки: геологии и палеонтологии.

Средневековые ученые следом за арабским врачом Авиценной почитали окаменелости, похожие внешне на вырезанные из камня копии моллюсков, пробами Господа (или природы) на пути создания живых существ (неудачными созданиями, которые Бог раздумал оживлять). Еще в эпоху Возрождения (XV век) Леонардо да Винчи распознал в них остатки некогда живших существ, пропитавшиеся минеральными солями. Он также заметил, что залегание морских ископаемых на суше говорит о том, что некогда эти части континента были на дне моря. Но еще два столетия образованные люди придерживались мнения Авиценны. Большинство же теологов считало, что эти морские окаменелости суть действительно окаменевшие остатки живых существ, занесенные так высоко Всемирным Потопом, что является отличным подтверждением библейского повествования.

Натуралист XVII века Роберт ГУК (Robert Hooke, 1635–1703), сотрудник и соперник Ньютона,  -известный тем, что предложил волновую теорию света, кинетическую теорию газов, изобрел систему телеграфа и ввел в часовой механизм пружину, а также основал микробиологию, -разобрался и с окаменелостями. Он предположил, «что в прежние времена были виды созданий, которых мы не находим в наше время, и что не так уж невероятно, что и в наше время есть разные новые виды, которых не было изначально». Он заметил, что ископаемые постоянно различаются от одного слоя к другому, и что это может быть использовано для построения хронологии земли, более длиной, чем библейская.

Все эти выводы разделял и датский врач Николай СТЕНОН (Nicolas Steno или Niels Stensen, 1638–1686). Он также заметил, что в каждом слое виды растений и животных оказываются те, что и в нынешних условиях обычно проживают вместе, в одной среде (скажем, мелководье или глубоководье) и в одной климатической зоне. Так что комплексы окаменелостей являются показателями природных процессов и положений земли относительно моря во время отложения слоев.

В конце XVIII века французский натуралист Жорж Луи Леклерк граф де БЮФФОН (George-Louis Leclerc Count de Buffon, 1707–1788) построил общую естественную историю земли. Он уже понимал, что земля прежде была раскаленной (это видно по лаве, прорывающейся из вулканов), и предположил, что история ее состояла из последовательных эпох остывания. Остывание это проходило рывками, застывшая кора то и дело ломалась, и таким образом история земли прерывалась гигантскими катастрофами (землетрясения, извержения вулканов, наводнения и т. п.). На остывание, по его рассчетам, требовалось гораздо больше времени, чем отведено Библией.

Бюффон пришел к выводу, что шесть дней творения, описанные Библией, нужно понимать не как обычные дни и ночи, а как огромные периоды времени - как геологические эпохи между катастрофами. Каменный уголь и ископаемые созданы за многие тысячелетия до человека. Последователей Бюффона называют катастрофистами. Тех, которые выдвигали в катастрофах на первый план вулканическую активность, землетрясения, и выделяли горные породы, образованные землетрясениями и извержениями, называли вулканистами, тех, которые больше упирали на наводнения, выделяя слои осадков, - нептунистами. Лидером нептунистов был Абрагам Вернер.

В 1816 г. в книге «Слои, опознаваемые по упорядоченным ископаемым» англичанин Уильям СМИТ (William Smith, 1769–1839) подметил, что ископаемые каждого слоя не повторяются в смежных, не заходят из одного слоя в другой, т. е. что с каждой катастрофой виды сменялись. Они были разложены в его кабинете на полках соответственно их позиции в природе: одни над другими. Он предположил, что для их отложения в таком порядке требовалось огромное время. Смит опубликовал таблицу из 32 слоев, каждый из которых содержал свой собственный комплекс ископаемых. Таким образом, было не 6 кампаний творения, а 32. По своей книге Смит (фамилия слишком частая в Англии) получил отличительное прозвище Strata Smith («Смит Слоёв»).

Наблюдения Смита использовал его сверстник, основатель палеонтологии позвоночных Жорж КЮВЬЕ (George Cuvier, 1769–1832). Средствами сравнительной анатомии Кювье открыл Закон Корреляции, по которому органы одного организма соответствуют друг другу и его общим условиям существования: у травоядных зубы приспособлены для пережевывания растений, на ногах копыта для быстрого бега от хищников, у хищников выдающиеся клыки, а на ногах когти, и т. д. Он утверждал, что может восстановить всё животное по одной его части. Однажды на празднике студент пытался напугать его маской дьявола. Кювье взглянул на озорника и сказал: «У тебя рога и копыта, стало быть ты вегетарианец и не можешь быть опасным для меня». Его прозвали «костяным папой». Он заметил, что многие ископаемые животные отличаются от современных. Особи одного вида обычно очень мало отличаются друг от друга, зато сильно отличаются от других видов. Поэтому Кювье счел, что промежуточных форм между видами нет. Из наблюдения Смита о том, что ископаемые смежных геологических слоев не показывают взаимоперекрывания, Кювье сделал вывод, что в каждую геологическую эпоху, после каждой катастрофы Бог вынужден был творить весь живой мир заново - так исчезали прежние виды растений и животных и появлялись новые, похожие на них, но не те, более совершенные. Время, считал он, было слишком коротко для превращения одних в других. Стало быть, серия катастроф уничтожала ископаемые виды, а новые существа были принесены миграциями.

Марксисты не очень жаловали Кювье. Энгельс в «Диалектике природы» писал: «Теория Кювье о претерпеваемых землей революциях была революционна на словах и реакционна на деле. На место одного акта божественного творения она ставила целый ряд повторных актов творения и делала из чуда существенный рычаг природы» (Энгельс 1953: 9).

Ну, это как посмотреть. По Библии, Бог творил мир шесть дней, а в седьмой почил от трудов своих. И дальше всё отдыхал и самодовольно любовался своим творением. А Кювье усомнился в этом, усомнился в библейском тексте и в мудрости Бога, который создал мир неудачным, при том создавал таким не раз. Кювье признал Бога бракоделом и заставил его переделывать мир. Он заставил Бога постоянно трудиться. Это была очень существенная революция!

Кювье распознал, что ископаемые слоноподобные скелеты принадлежали не слонам, а их вымершим холодолюбивым родичам из предшествующей геологической эпохи - мамонтам. Книга Кювье «Животное царство» появилась на следующий год после книги Смита - в 1817 г. По ней, нынешние виды, включая и человека, созданы в последнюю эпоху, соответствующую шестому дню творения по Библии.

Значит, по Кювье, Библия права по крайней мере относительно последней эпохи творения: человек создан с последними, современными видами животных и растений, и его не было, не могло быть, когда жили вымершие ныне гигантские ящеры, мамонты и прочие ископаемые. Вот слова Кювье: «Всё говорит за то, что в странах, где находят ископаемые кости и во время великих геологических переворотов, заставших эти кости, человеческий род ни в коем случае не существовал». Ученики и последователи Кювье заучили эту истину в лапидарной фразе: «L’homme fossil n’existe pas» («Ископаемый человек не существовал»), сформулированной Кювье в 1812 г.

Так же, как Бюффон, Кювье был катастрофистом. Мортилье отзывался о нем чуть менее негативно, чем Энгельс: в нем уживались смелый мыслитель, преобразователь линнеевской системы, и действительный тайный советник.

Рис. 11.1. Уильям Бакленд (Daniel 1966: 24, fig. 9).
Рис. 11.1. Уильям Бакленд (Daniel 1966: 24, fig. 9).

Его последователем был доцент геологии в Оксфорде и настоятель Вестминстерского собора Уильям БАКЛЕНД (William Buckland, 1784–1856), известный как самый ярый катастрофист и приспособитель геологических открытий к Библии (рис. 11.1). В своих книгах «Свидетельства потопа» (1823) и «Геология и минералогия, рассмотренные в их отношении к естественной теологии» (1836) он признавал изменения животного и растительного царств, но считал, что они происходили в сознании Бога, а в реальном мире мы находим лишь отражение этого процесса. Клерикальный геолог реконструировал многочисленные катастрофы, все они оказываются едва ли не всемирными потопами. Первопричиной их Бакленд считал вулканическую активность, поэтому его считают вулканистом. Но под его лидерством катастрофисты отошли от спора вулканистов с нептунистами и превратились в дилювиалистов (от лат. diluvium ’потоп’), доказывающих реальность всемирного потопа. В эпиграмме того времени о нем говорилось:

Some doubts were once expressed about the Flood,
Buckland arose and all was clear as mud (Daniel 1966: 23).

Непереводимая игра слов основана на двойном смысле выражения clear as mud:

(Сомненья кто-то высказал насчет Потопа  -
Поднялся Бакленд и всё стало ясно, как ил / бело, как сажа).

Между тем уже давно из нептунистов выделились ученые, поставившие под вопрос саму катастрофичность развития. Осадки накапливаются медленно, не быстро и породы размываются, даже землетрясения не так уж сильно изменяют лицо земли. А вот если предположить, что все эти процессы происходят чрезвычайно долго, результаты могут накопиться очень разительные. Нужно только принять допущение, что все процессы в прошлом происходили с той же скоростью, что и сейчас.

Тогда те же механизмы, которые действуют сейчас, способны за длительное время привести к таким переменам, для объяснения которых и предлагались катастрофы. Эту идею предложил в 1788–1795 гг. шотландский геолог Джеймс ХАТТОН (James Hutton, 1726–1797) в своей книге «Теория Земли», а методический принцип, лежащий в ее основе получил наименование униформизма (в знак того, что законы природы универсальны) или актуализма (раньше действовали те же, что и сейчас). Медленно и почти незаметно действуют природные механизмы - разогрев,  остывание, сжатие, размывание, оседание, - которые приводят к большим переменам. На те, результаты которых мы можем сейчас видеть, потребовалось огромное время - многие миллионы лет. Река медленно размывает берега в одних местах, наносит отмели в других - так было, как есть (Repcheck 2003). Ученых, исходящих из того, стали называть флювиалистами (от лат. fluvius ’река’).

Хаттон писал: «Нет принимаемых процессов, которые бы не были естественными для земного шара... Нет действия, которое нужно было бы признать, за исключением тех, о которых мы знаем их принцип». Иными словами, нет чудес, нет гигантских катастроф, нет универсальных потопов. Хотя Хаттон всячески уверял, что не помышляет отрицать существование Бога и начало мира, его теория вызвала бурю протестов. Главный критик, президент Ирландской Академии Ричард Кёруэн, объяснял мотивы критики вполне откровенно: «Меня ввергло в эти детали наблюдение, сколь фатальным является подозрение высокой древности земного шара для авторитета Моисеевой истории, и каковы последствия для религии и морали» (цит. по:  Stiebing 1993: 38).

Рис. 11.2. Чарлз Лайель (Daniel 1966: 24, fig. 10).
Рис. 11.2. Чарлз Лайель (Daniel 1966: 24, fig. 10).

Идеи Хаттона подхватил, довел до логического конца и обосновал ученик Бакленда Чарлз ЛАЙЕЛЬ (Charles Lyell, 1797–1875; рис. 11.2) в своем трехтомном  труде 1830–33 гг. «Принципы геологии» с подзаголовком: «т. е. попытка объяснить прежние изменения земной поверхности ссылками на ныне действующие причины». Лайель, лидер флювиалистов XIX века, обратил внимание на ошибку геологов-катастрофистов: они упустили, что между отложениями слоев есть большие интервалы времени, отсюда резкая разница между заполнением слоев. Поэтому они конструировали катаклизмы и катастрофы там, где были просто перерывы между отложениями.

Оставались еще огромные валуны, занесенные какими-то силами на равнины за много километров от месторождений, от которых они были отломаны. Что это за силы, как не  катастрофы - всемирный потоп и т. п.? Но вскоре, в книге 1840 г., ученик Кювье швейцарский профессор Луи АГАССИЗ (Louis Agassiz, 1807–1873) разгадал и эту загадку. Он показал, что эти валуны по своему облику и залеганию совпадают с моренами от ледников Альп - значит, они занесены ледниками, которые раньше простирались гораздо дальше, чем сейчас - было явно холоднее. Он, а за ним другие реконструировали великие оледенения в прошлом, ледниковые периоды. Как раз последние по времени ископаемые животные (мамонт и пещерный медведь) сосуществовали с широким распространением северного оленя в Европе и очень соответствовали холодному времени ледникового периода. Как и Кювье, Агассиз считал, что Бог творил мир многократно, а человек создан только после оледенения, когда мамонты уже вымерли. Но сам Кювье, утверждая, что «в странах, где находят ископаемые кости», до последнего геологического переворота человека не было, делал оговорку: «Я этим не хочу утверждать, что человек ни в коем случае не мог жить перед этим последним геологическим переворотом. Он ведь мог населять некоторые места, до сих пор оставшиеся неизвестными, и оттуда вновь заселить землю». Это отчасти согласно с Библией: и до потопа, до Ноя жили люди. Но значит, люди жили и перед последним геологическим переворотом! Когда Кювье спросили, не найден ли допотопный человек, он ответил: «Pas encore» («Еще нет»).

Он ошибался.

Дальше: Мамонт и человек. Хроника упущенных возможностей

Интересно

По-видимому, типы и породы собак создавались в связи с их хозяйственным назначением, с той собачьей «профессией», необходимость в которой возникала.

Самым древним было использование собак на мясо. Собак употребляли в пищу многие первобытные племена. Лакомым блюдом считались жареные собачки и в век бронзы, например, в государстве Карфаген. Известна и сохранившаяся до наших дней мясная китайская порода собак «чау-чау».

Г.К. Отрыганьев. Как приручили животных. М., Колос, 1972 г., с. 19.

Catalog gominid Antropogenez.RU