English Deutsch
Новости
Новости антропологии
05.04.2020
Автор: С. Дробышевский

Смешались в кучу австралопитеки, люди и парантропы... и немножко кони: новые находки в пещере Дримолен

Момент появления Homo, конечно, самый интересный во всей палеонтологии, ведь речь идёт не о каких-нибудь там бделлоидных коловратках или неправильных морских ежах, а о нашем собственном человеческом роде. В настоящее время наметилось три главных центра борьбы за звание самого-самого. Первый – самый смешной – Китай: всем некитайским антропологам очевидно, что люди возникли в Африке, а в Азии появились довольно поздно, но не отметить усилия китайских антропологов невозможно. Второй – самый серьёзный – Восточная Африка: тут больше всего находок и надёжнее всего датировки, да и опубликованы материалы лучше прочих. Третий же – самый загадочный – Южная Африка: тут окаменелости были обнаружены раньше всего, но есть сложности с непрерывностью палеонтологической летописи и датировками.

Череп DNH 134

Череп DNH 152

Местонахождения Южной Африки не очень-то многочисленны, хотя некоторые из них и весьма богаты. Тут трудно копать, вернее, даже невозможно, ведь кости залегают в пещерных брекчиях – первобытном бетоне, который раньше не мудря и очень быстро взрывали динамитом, а теперь мудря и очень долго ковыряют палочками-ковырялочками. В Южной Африке не было вулканов, а потому нет слоёв туфов, по которым так удобно датируются восточноафриканские отложения.

Но, несмотря на все сложности, работа продолжается. Очередной вехой в нашем постижении южноафриканской палеоантропологии явилась статья с описанием двух новых черепов.

Местонахождение Дримолен Кэйв обнаружено сравнительно недавно, в 1992 году. Это огромный плюс, ведь новые находки добываются не взрывчаткой, а с использованием новейших методик. За это время в Дримолен было найдено более 155 окаменелостей гоминид и огромное число костей прочей фауны. Что приятно, в пещере прослежена и подробнейше изучена стратиграфия. А комплекс методов позволил определить датировки разных слоёв, что для Южной Африки – редкостное исключение. Два новоописанных черепа имеют один и тот же возраст 1,95-2,28 млн.л.н. А ведь это самое вкусное время, когда из австралопитеков появлялись люди!

Два новых черепа резко отличаются друг от друга; собственно, их контраст и явился стержнем новой работы. Черепная крышка DNH 134 принадлежала ребёнку в возрасте от одного до трёх лет. Она кругленькая, гладенькая, безо всякого рельефа. В её принадлежности к роду Homo сомневаться не приходится. С видовой диагностикой далеко не всё так очевидно, тем более учитывая детский возраст. Но у авторов статьи проблем с этим не возникло: размеры и обводы черепа почти идеально соответствуют таковым у черепа ребёнка из Моджокерто, а ведь это – образцовый представитель яванских питекантропов, то есть H. erectus (кстати, высказывалось мнение, что Моджокерто – как раз представитель более древнего и примитивного вида, чем H. erectus, но такие рассуждения увели бы сильно далеко в сторону, так что подобное беспокойство разума не омрачило статью).

Особое внимание уделено оценке размеров мозга. Для DNH 134 они высчитаны в пределах 514-564 (менее точно – 484-593), а в среднем – 538 см3. Если бы возрастные процессы у дримоленского ребёнка шли по шимпанзиному варианту, его мозг дорос бы до 551-577 см3, а по человеческой модели – до 588-661 см3. Вообще-то, это совсем не эректоидные величины, едва превосходят австралопитековые значения и идеально укладываются в пределы H. rudolfensis и H. habilis.

Вторая черепная крышка – DNH 152 – совсем иная. На её макушке возвышается здоровенный сагиттальный гребень, а резкие борозды в месте соединения теменной и височной костей лишь подтверждают усиленное развитие височной мышцы. К сожалению, не указаны размеры найденных рядом зубов, но и без них ясно, что останки принадлежали виду Paranthropus robustus.

Сосуществование людей и парантропов и в Восточной, и в Южной Африке давно не является откровением, но изюминка данного случая – ранняя датировка. Для Южной Африки столь древних людей и парантропов до сих пор известно не было. Более того, авторы статьи вообще замахиваются на то, что дримоленские черепа – в принципе древнейшие представители своих видов. Это положение более чем спорное, но об этом мы ещё скажем.

Авторы выстраивают красивую цепочку: в Стеркфонтейне последние представители рода Australopithecus жили ещё 2,07 млн.л.н., в Малапе переходный от Australopithecus к Homo седиба обитал 1,98 млн.л.н., а в Дримолен 1,95-2,28 млн.л.н. уже жили H. erectus и P. robustus. Возникает закономерный вопрос: результат ли это местной эволюции или миграций из Восточной Африки? Авторы осторожно обсуждают обе версии, но очевидно не склоняются ни к одной. Более того, не спешат они и с выводами о том, шла ли такая эволюция долго и постепенно или была быстрой и скачкообразной.

Рассуждения на последнюю тему составили немалую часть работы. Для этого авторы достаточо подробно описали изменения климата, фауны и в целом экосистем в Южной Африке от трёх до двух миллионов лет лет.

Фауна Дримолен оказалась крайне показательной: она была переходной между более древними местонахождениями Стеркфонтейн и Макапансгат и более молодыми – Сварткранс и Гондолин. Условия среды явно менялись, фауны тоже преображалась, эндемичные виды вымирали, а из Восточной Африки приходили новые. Южная Африка оказалась удивительным местом, где всё ещё можно было встретить и замшелых реликтов старой эпохи, и новомодных понаехавших восточноафриканцев, а местная эволюция поверх выдавала свои странные импортозамещающие варианты. Это видно, например, в смешении разных видов саблезубых Dinofelis, гиен Lycyaenops, зебр Equus, антилоп Antidorcas recki и газелей Gazella vanhoepeni, а также павианов Papio robinsoni и Papio hamadryas. Гоминиды были одними из элементов этого зверинца, их роды и виды подчинялись тем же эволюционным законам, что меняли свиней и слонов, шакалов и зайцев. Прежний вид – A. africanus – потихоньку исчезал, но местами африканусы ещё шкерились по углам (в Стеркфонтейне последние жили 2,07 млн.л.н.), новые виды либо возникали тут же на месте – A. sediba и P. robustus, либо приходили со стороны. Последними вполне могли быть как раз "ранние Homo", а может быть, и P. boisei, как мы можем догадаться по огромным зубам из Гондолин.

Неточность датировок других местонахождений, кроме Дримолен, и не сильно большое количество местонахождений не позволяет оценить темпы этих изменений, но нет сомнений, что вновь опубликованные данные по Дримолен помогут в установлении истины.

Как обычно, критиканский дух не позволяет нам не высказать пару-тройку НО!:

Во-первых, почему в статье полностью проигнорированы череп KNM-ER 1470 и другие восточноафриканские Homo rudolfensis с древностью как раз около двух миллионов лет? Вроде бы они-то как раз и должны стать главным объектом сравнения. Особенно обидно за кенийский череп KNM-ER 1590: у него и геологический возраст подходящий – 1,85 млн.л.н., и индивидуальный – 5,2-5,3 лет. И от него сохранился как раз свод черепа – могло бы получиться идеальное сопоставление с новым черепом DNH 134. Про вид Homo rudolfensis вообще упомянуто лишь единожды, мимоходом, в общей куче с другими видами, дескать, "а ещё где-то есть какие-то другие виды, но они другие, даже вспоминать не стоит". Описанию павианов и саблезубых тигров в статье про гоминид уделено намного больше места.

Из-за этого пробела рассуждения о "самом древнем человеке" выглядят как-то не очень убедительно. И ладно бы речь шла о спорных находках или недостоверных датировках. Но уж с восточноафриканскими-то древнейшими Homo как раз всё в порядке во всех смыслах. И точность датирования в Кении намного лучше, и описания подробнее. Как можно их забывать?

Во-вторых, потенциальное существование в Южной Африке восточноафриканского вида P. boisei тоже не обсуждается и даже не поминается (слово "boisei" вообще не использовано в статье ни разу). А ведь в ключе данной статьи это же была бы самая мякотка! Это несколько странно, ведь один из авторов той идеи, что в Гондолин был именно P. boisei, является и соавтором новой статьи. Возможно, тут дело в каких-то личных отношениях между авторами, трудно сказать, но мысли на эту тему напрашиваются сами собой и очень бы украсили статью.

В-третьих, с какой бы стати череп DNH 134 отнесён именно к виду Homo erectus? Строго говоря, особых обоснований для этого не приведено. Да, череп правда похож на Моджокерто, но и от помянутого уже KNM-ER 1590 он тоже ничем не отличается. Можно, конечно, вспомнить, что и KNM-ER 1590 описывался как H. erectus, но ведь и для этого оснований нет. Если в тех же слоях найдены черепа и челюсти взрослых H. rudolfensis, то с какой бы стати ребёнок принадлежал бы к другому виду? То же, кстати, относится и к затылочной кости KNM-ER 2598, упомянутой в статье как H. erectus, и к черепной коробке KNM-ER 42700, и к недавно описанной черепной крышке Дана Ауле DAN5/P1 (про них, впрочем, в разбираемой статье упоминаний нет). Сильный затылочный рельеф KNM-ER 2598 ни разу не гарантия принадлежности к этому виду, а маленькие размеры и округлость KNM-ER 42700 и DAN5/P1 как раз противоречат такой диагностике.

Вообще в последнее время с систематикой древних гоминид в статьях творится какой-то бардак. То выделяются какие-то необоснованные виды, то все сваливаются в одну кучу, а в подтверждение – ни расчётов, ни графиков. Собственно, и в данной статье вообще никаких цифр, кроме размера мозга, не приведено; остаётся надеяться, что размеры припасены для другой статьи, хотя надежда эта зыбка. Вот к чему приводит забвение классической краниологии! А краниологию забыли, так как запрещено изучать расы. Правда, это уже – несколько другая история...

В реальности форма черепной коробки DNH 134 отлично укладывается в то, что стоило бы ожидать для детей H. rudolfensis и H. habilis. Округлые формы, округлый же, не сильно выступающий затылок – всё прям по писаному. При чём тут H. erectus, образцовые и несомненные представители которых появились спустя лишь миллион лет?

В-четвёртых, почему ничего не сказано про другие находки в Дримолен Кэйв? До этого они предварительно упоминались либо просто как абстрактные Homo, либо именно как Homo habilis. Там же есть куча зубов – по ним-то сравнение можно проводить! Статистика, графики – ими и надо обосновывать видовую принадлежность, а не наоборот, на визуальном впечатлении от одной находки из полутора сотен строить глобальные выводы.

Впрочем, ясно, что эти замечания – всего лишь злобные придирки. Мы-то на своих северах удалены от австралопитеков и человеческой прародины, нам остаётся лишь завидовать южноафриканским исследователям. И надо не выпендриваться "а вот я бы, да вот ужо бы!..", а пожелать коллегам успехов в новых трудах!

 

Источник:

  • Herries A.I.R., Martin J.M., Leece A.B., Adams J.W., Boschian G., Joannes-Boyau R., Edwards T.R., Mallett T., Massey J., Murszewski A., Neubauer S., Pickering R., Strait D.S., Armstrong B.J., Baker S., Caruana M.V., Denham T., Hellstrom J., Moggi-Cecchi J., Mokobane S., Penzo-Kajewski P., Rovinsky D.S., Schwartz G.T., Stammers Rh.C., Wilson C., Woodhead J. et Menter C. Contemporaneity of Australopithecus, Paranthropus, and early Homo erectus in South Africa // Science, 2020, V.368, №eaaw7293, pp.1-19.


Интересно

Восхищенные исследователи Древнего Египта приписали египтянам изобретение множества интересных и полезных вещей, но никто никогда не воздал им должное за изобретение пагубной привычки писать на стенах туристских достопримечательностей. Привычка эта, должно быть, возникла из некоего базового человеческого стремления, ибо она сохранилась до сего дня.

Барбара Мертц. Древний Египет. Храмы, гробницы, иероглифы // Москва, «Центрполиграф», 2007.

Catalog gominid Antropogenez.RU