English Deutsch
Новости
Новости антропологии
06.04.2011

4 апреля в РГГУ прошел круглый стол «Неязыковые когнитивные способности и эволюция языка»

Публикуем краткий отчет об этом интересном мероприятии.

Здание РГГУ в Москве

Алексей Дмитриевич Кошелев, главный редактор издательства «Языки славянских культур», в своём докладе "О протоязыке естественного языка" выдвинул гипотезу, что ключевым моментом в переходе от протоязыка к собственно языку было возникновение у слов переносных значений.

Яков Георгиевич Тестелец, профессор Института лингвистики РГГУ. д.ф.н.,  в докладе "Сценарий происхождения языка по Хаузеру, Хомскому и Фитчу (2002) и дискуссия вокруг него" обратил внимание слушателей на то, что человек, овладевающий языком, должен не только научиться строить предложения в соответствии с теми синтаксическими параметрами, которые характерны для его родного языка. Ему ещё необходимо выучить индивидуальные особенности слов, имеющиеся в языке. Например, по-русски слово "провиниться" не может означать многократных нарушений: можно сказать "виновные в систематических опозданиях", но не "провинившиеся в систематических опозданиях". Ни модель Хомского, Хаузера и Фитча, ни модель Томаселло не дают ответа на вопрос, откуда у человека взялась способность узнавать такие вещи про усваиваемый язык, между тем эта способность входит в круг того, что специфично для человеческого языка.

Максим Анисимович Кронгауз, директор Института лингвистики Российского государственного гуманитарного университета, профессор,  д.ф.н.,  сделал доклад на тему "Гипотеза Сепира - Уорфа: современные подходы и дискуссии". Гипотеза Сепира - Уорфа. она же гипотеза лингвистической относительности, заключается в том, что язык влияет на мышление: возле таблички "цистерны ИЗ-ПОД бензина" люди курят чаще, чем возле цистерн "С бензином", хотя пары бензина гораздо взрывоопаснее, чем он сам. По поводу этой гипотезы было сломано много копий, нередко вместо дискуссий и борьбы приверженцы разных лагерей просто игнорировали друг друга. Знаменитые примеры Уорфа о том, что якобы в эскимосском языке 100 названий снега, а в индейском языке хопи нет слов для обозначения времени, оказались попросту неверны. А те корреляции, которые наблюдаются между языком и мышлением, могут быть вызваны тем, что оба эти феномена имеют общие корни в культуре соответствующего народа.

Евгений Николаевич Панов, заведующий лабораторией сравнительной этологии и биокоммуникации Института проблем экологии и эволюции им. А.Н.Северцова РАН, д. б. н., в докладе "Что может дать изучение коммуникации животных для проблемы происхождения языка" отстаивал идею о том, что никаких "языков" у животных нет, и показывал замечательные видеоматериалы о том, как животные не только общаются друг с другом, но и адресуют "коммуникативные сигналы" представителям другого вида или даже вообще в пустоту. Те сходства, которые некоторые исследователи усматривают между человеческим языком и коммуникативными системами животных, можно рассматривать лишь как аналогии. По его словам, сигналы всех видов животных плавно перетекают один в другой, а "язык пчёл" опровергли. Ключевым же ароморфозом, тем преобразованием, которое обусловило в конечном итоге возможность возникновения языка, была появившаяся у предка шимпанзе и человека способность делать орудия.

Татьяна Васильевна Ахутина, заведующая лабораторией нейропсихологии факультета психологии МГУ, д. п. н.,  в докладе ""Функции-родственники" и "функции-сослуживцы", или о модулярности отдельных компонентов речи" наглядно продемонстрировала, что более новые функции не возникают на пустом месте, а наслаиваются на более старые, и что гены определяют не специфическое умение, у целый комплекс функций, относящихся к одному домену. Например, дефект гена FOXP2, как выяснилось при ближайшем рассмотрении, вызывает проблемы не только с языком, но и с ритмическими движениями руки. Развитие, подчёркивает Татьяна Васильевна, это вероятностный самоорганизующийся процесс, а структурно-функциональная организация речи возникает заново в результате взаимодействия между генами и разными уровнями среды.

Владимир Феликсович Спиридонов, профессор кафедры общих закономерностей развития психики факультета психологии Института психологии им. Л. С. Выготского РГГУ, д.п.н., в докладе "Язык: набор универсальных модулей или немодульная "центральная" психологическая способность?" провёл аналогию между языком и способностью решать задачи про бассейны с двумя трубами и движущиеся друг другу навстречу грузовики. И там, и там надо выучить определённый "синтаксис" и порождать с его помощью правильные "высказывания" (в задачах - уравнения). Оказывается, что школьники, решая задачи, стараются использовать лишь один, наиболее знакомый из множества возможных алгоритмов решения.

Татьяна Владимировная Черниговская, профессор, профессор кафедры общего языкознания филологического факультета СПбГУ, д.ф.н., д.б.н., в своём докладе "Сети и модули в когнитивных процессах и языке: что нам говорят нейронауки в XXI веке?" говорила о том, что работа мозга организована не в виде модулей, а скорее в виде сетей. Да, конечно, зоны Брока и Вернике никто не отменял, но при мысли даже о самом простом слове возбуждаются не только они, но и разные другие отделы мозга. С другой стороны, те же отделы, которые возбуждаются при обработке сложного синтаксиса, вовлечены также в распознавание музыки со сложной фразировкой, например, такой, как у Баха.

Андрей Александрович Кибрик, ведущий научный сотрудник Института языкознания РАН, д.ф.н., выступил с докладом на тему "Социальные, они же когнитивные, истоки языка (вариации на тему М. Томаселло)". Книга Майкла Томаселло "Истоки человеческого общения" недавно вышла в переводе на русский язык в издательстве А.Д. Кошелева, и это дало повод поговорить о различающихся взглядах разных исследователей на происхождение языка и на природу человеческой языковой способности.

 

Организаторы мероприятия: Институт лингвистики Российского государственного гуманитарного университета.

Материалы по этой тематике на нашем портале:



21 октября - Ученые Против Мифов в Москве

Интересно

В неволе некоторые шимпанзе обнару­живают такие способности к подражанию, которые удовлетворяют даже строгим кри­териям Торпа. Классическим примером мо­жет служить поведение Вики, которая поджимала губы, что не входит во врожденный поведенческий репертуар шимпанзе, чтобы намазать их губной помадой. А в рамки более широкого определе­ния подражания, предложенного Кёлером, вписываются такие сложные формы пове­дения у выросших в человеческой семье шимпанзе, как шитье, откупоривание буты­лок, разливание напитков и рытье земли лопатой, т. е. многие из обычных действий, которые человек производит у себя дома.

Catalog gominid Antropogenez.RU